«Солдатские могилы – лучшие проповедники мира»

«Война не закончена, пока не похоронен последний солдат» – эти слова, приписываемые полководцу Суворову, имеют практическое значение для Олега Борисова. Он работает в Курском отделении Народного союза Германии по уходу за воинскими захоронениями. Автор «МНГ» побывала у него в гостях.

Мемориал на Немецком солдатском кладбище Курск-Беседино / Мария Бабкина

Это должна была быть история о том, как я вместе с преподавателем немецкого языка и историком Екатериной Барбашиной и представителем Народного союза Германии по уходу за воинскими захоронениями (НСГ) откопали в одном из поселков Орловской области двух немецких офицеров. Там в 1943 году перед битвой на Курской дуге двое мальчишек увидели, как в воронке от снаряда хоронят двух немецких военных. Долгие годы эту историю не вспоминали, пока один из их внуков не рассказал ее Екатерине. Как нам стало известно, в 1947-1948 годах советские солдаты перенесли тела павших немецких воинов в братскую могилу, которую нам и предстояло теперь разыскать.

Миссия пока невыполнима

Подобными поисковыми работами на территории России официально занимается Народный союз Германии по уходу за воинскими захоронениями в сотрудничестве с Министерством обороны РФ и Ассоциацией международного военно-мемориального сотрудничества «Военные мемориалы». Как правило, Союз составляет план поисковых мероприятий и перезахоронений на год и совместно с партнерскими организациями старается максимально быстро и успешно получить все требуемые разрешения от местных властей.

Раскопки в Орловской области были внеплановыми, но Олег Борисов согласился нам помочь и приложил немало усилий. Взять хотя бы расстояние в 400 км до поселка, которое Олегу пришлось преодолеть не один раз. Но местная администрация пока не дала разрешения на проведение раскопок, выдав длинный список требований, способных удивить любого специалиста-поисковика (например, справка от санитарного органа, для получения которой нужно свидетельство о смерти офицеров, которых мы собирались раскопать!).

Мы надеемся, что у этой истории будет счастливый конец, и в следующем году погибших удастся найти и идентифицировать. Неудача подстегнула мой интерес к работе поисковиков, а Олег согласился все подробно рассказать и показать.

Копатель

Олег Борисов курирует поиски захоронений на территории Орловской, Белгородской, Брянской, Воронежской, Курской, Липецкой и Тульской областей. Он работает в НСГ почти 13 лет, (1 сентября отметит очередную годовщину) и является одним из первых русскоязычных сотрудников организации.

В 2007 году в НСГ искали ответственных людей среди местного населения для помощи в проведении розыскных работ, и Олег успешно прошел собеседование. Сначала в его задачи входила только бумажная работа – анализ архивных материалов и оформление захоронений немецких солдат на территории семи областей. Затем начались выезды на места. «Я опрашивал местное население, обращался к поисковикам, то есть информацию мы черпали, откуда только возможно», – рассказывает Олег. Обычно официальная информация о том, где находились солдатские кладбища, заложенные вермахтом в период оккупации Советского Союза, поступает из Касселя – там расположен центральный офис Союза. Но ведь хоронили не только на кладбищах, поэтому встречи с местными жителями очень важны. Правда, их отношение к работе НСГ не всегда однозначное. «Иногда, конечно, и негатив от местных получали. Все-таки у нашего народа, наверное, долго эта рана не заживет, – говорит Олег. – Мы объясняем, что это работа на взаимовыгодных условиях. Благодаря тому, что в России проводятся эксгумации и перезахоронения на сборных кладбищах, в Германии продолжается уход за нашими мемориалами и за могилами их же предков, которые там погибли. Поэтому зачастую люди, придя с негативом, уходят, по крайней мере, с пониманием и с отношением к нашей работе уже в другом ключе, то есть они даже готовы помогать информацией».

Да и самому Олегу было непросто начать работать в Союзе: «Мне как русскому человеку первоначально было тяжело заниматься этой работой – я родился в советское время, когда каждый школьник знал, какой была война для нашей страны, сколько горя и утрат она принесла. В душе я сомневался, нужно было переступить через определенные барьеры. Но когда понял, для чего вся эта работа нужна, смог себя побороть».

Свои первые раскопки Олег провел с коллегой Михаилом Комовым в деревне Льговского района Курской области. Местный житель, дедушка, рассказал им, что зимой 1943 года перед освобождением деревни от оккупации команда из нескольких немцев привезла на санках тела своих товарищей. Могилу вырыли недалеко от его дома, где было меньше всего снега. Копать промерзшую землю было сложно, поэтому тела уложили валетом и боком в небольшую яму. Так их и нашли.

Олег Борисов / Фото Марии Бабкиной

Находки в неожиданных местах

За последние семь лет количество эксгумаций в этом регионе уменьшилось, и было принято решение сократить штат сотрудников отделения – из четырех человек остался только Олег.

Сейчас Союз в первую очередь занимается захоронениями, которые заложил вермахт, но нередко поступает информация об отдельных одиночных и массовых захоронениях в лесах, полях, на обочинах дорог. Большую помощь в розысках оказывают поисковики останков советских солдат. «Война не разбирала тогда, где русский, где немец. Погибли люди. Местные жители закапывали в одну яму и немецких бойцов, и советских», – поясняет Олег. Союз не может заниматься поиском таких захоронений сам, потому что у него нет архивной информации об этих погибших, а поисковики ищут везде, в самых нестандартных местах. Массовая гибель бойцов приводила к тому, что их товарищи и местные жители чисто физически не могли захоронить павших достойно – приходилось хоронить где придется: в воронках, погребах, окопах. Самыми «типичными» местами захоронений немецких солдат оказывались огороды и обочины дорог, самыми необычными – под памятниками Ленину или под мемориалами советским воинам. Немцы выбирали самые красивые и ровные места в деревнях для могил, при этом надгробий не ставили. В советское время над этим не задумывались и в том же месте устанавливали мемориал односельчанам, причем под ним чаще всего не было останков советских солдат.

Если кладбище сохранилось, то обычно удается идентифицировать 40-60% захороненных, поскольку каждый немецкий солдат был обязан носить жетон с личной информацией. После идентификации их перезахоранивают на немецком солдатском кладбище Курск-Беседино. На сегодняшний день там обрели покой почти 52 тыс. воинов. «Надеюсь, что эта работа будет каждый день, каждый год вкладывать по маленькому кирпичику в дело мира», – философски говорит Олег. Его слова дополняют девиз НСГ: «Солдатские могилы – лучшие проповедники мира».

Немецкое солдатское кладбище Курск-Беседино / Мария Бабкина

Мария Бабкина

Комментарии

Комментариев

Подписаться на Московскую немецкую газету




e-mail (обязательно)