Понимание правозащиты

Мартин Хоффманн обозначил перспективы диалога между РФ и ФРГ

Фото из личного архива

Исполнительный директор Германо-российского форума (ГРФ), а также славист, историк и политолог Мартин Хоффманн хорошо знаком с Россией: студентом он изучал русский язык в Москве, а после окончания учебы работал гидом, сопровождая туристов в том числе и в тогдашний СССР.

Что в деятельности ГРФ вы считаете наиболее важными?

Все проекты очень важны для меня. Но особенно – правозащитный аспект. С момента своего основания Германо-российский форум взаимодействует с институтами гражданского общества России, с правозащитными организациями. Мы убеждены: диалог о правах человека – важнейшая часть взаимодействия Запада и России. Недавно мы провели в Берлине совместно с Amnesty International Deutschland и Right Livelihood Award Foundation презентацию немецкого издания книги российской правозащитницы Светланы Ганнушкиной «Мы тоже – Россия» (нем. Auch wir sind Russland).

Какова, на ваш взгляд, ситуация с правозащитниками в России?

К сожалению, в последние годы в российском обществе усилилось недоверие к деятельности правозащитников. Нередко они стали восприниматься как противники, недруги существующей системы, «пятая колонна Запада». Будучи другом России и сопереживая развитию демократии в вашей стране, я не могу не обратить внимание на эту проблему. В языке даже появилось выражение – «иностранные агенты».

Cтатус «иностранного агента» лишь указывает на зарубежное финансирование, разве нет?

Само по себе словосочетание «иностранный агент», возможно, и является калькой с английского языка. Но по-русски оно звучит странно, некрасиво, подозрительно. Могу об этом сказать как славист, изучающий русский язык и его особенности уже более тридцати пяти лет.
На мой взгляд, дискуссия об «иностранных агентах» нанесла вред правозащитникам, которые не имеют и никогда не имели никакого отношения к зарубежному финансированию. В общественном сознании создан образ некого деятеля, который действует в интересах недругов страны. Но большинство правозащитников – патриоты России, стремящиеся что-то улучшить в своей стране, помочь соотечественникам. Хотелось бы, чтобы в российском социуме росло понимание важности правозащитной работы для развития страны.

Каким вы видите диалог о правах человека между РФ и ФРГ?

Важно, чтобы дискуссия не вела к идеологическому противостоянию и конфронтации. Права человека – универсальная ценность для всего мира. Но вместе с тем в каждой стране существует свой общественный климат, свои представления. Поэтому понимание прав человека, в том числе прав меньшинств, в России и на Западе могут различаться. Поэтому необходимо соблюсти баланс между деликатностью и принципиальностью, с учетом особенностей друг друга и универсальностью правозащитных постулатов.

В немецком появился термин Рutin-Versteher (нем. «понимающие Путина»), что это означает?

Слово некрасивое, с негативным оттенком. Подобные выражения разрушают политическую и дискуссионную культуру. «Понимающие Путина» – это «чужаки» в западном либеральном обществе. Они, мол, «понимают Путина», а на самом деле его надо осуждать!
Будем объективны: в российском обществе так же негативно воспринимают либералов, демонстрантов с Болотной площади и представителей внепарламентских либеральных партий.

Вы полагаете, это корректное сравнение?

Параллель есть: «понимающих Путина» на Западе представляют агентами РФ, пропагандистами российской политики. А «демонстранты с Болотной» для многих россиян – агенты Запада, проводники чуждых западных ценностей. И одна из задач ГРФ состоит в том, чтобы все дискуссии велись в доброжелательном ключе, без взаимных обвинений.

Беседовал Илья Бруштейн

Комментарии

Комментариев

Подписаться на Московскую немецкую газету




e-mail (обязательно)