«Маленький Ленинград» на Северном Урале

Градообразующее предприятие Краснотурьинска – Богословский алюминиевый завод (БАЗ) – начали строить 80 лет назад. В его строительстве участвовали более 20 тыс. советских немцев. После войны значительная их часть осталась жить в этих местах. Как немцы повлияли на облик города?

Краснотурьинск / Иржи Хёнес


На том берегу еще закованной в лед Турьи в небо устремляются трубы Богословского алюминиевого завода. На этом – возвышается серый каменный крест. Он напоминает о заключенных, чей принудительный труд использовался на строительстве завода в годы Великой Отечественной войны. Абсолютное большинство из них были немцы, в основном из Поволжья и Украины. Каждый десятый не выжил в тех условиях.

Мы в Краснотурьинске, в промышленном городе на Северном Урале с населением 55 тыс. человек, примерно в 400 км севернее областного центра, Екатеринбурга. Своим появлением город, основанный 27 ноября 1944 года на месте небольшого поселения Турьинские рудники, обязан алюминиевому заводу. К названию реки Турья, протекающей в черте города, было добавлено тогда популярное прилагательное «красный». Сегодня оно трактуется как «красивый». Краснотурьинск – красивый город. В XVIII веке здесь появились первые медные рудники. Позже стали разрабатываться месторождения железных руд, началась добыча золота. В расположенном по соседству поселке Богословский (сегодня город Карпинск) был медеплавильный завод.

В свою очередь, поводом для строительства алюминиевого завода и основания города послужило открытие месторождения бокситов в 1931 году. Понадобилось девять лет для принятия решения о переработке руды прямо на месте. Весной 1941-го началось строительство завода. В первые месяцы войны сюда было эвакуировано оборудование, демонтированное с заводов на Украине и под Ленинградом. А 21 сентября 1941-го на рудники привезли первых трудмобилизованных немцев с Украины, а также изъятых из Красной армии немцев-военнослужащих. Все они были размещены в Богословлаге НКВД, созданном специально для строительства БАЗ и работы на рудниках. В 1942 году контингент Богословлага пополнился за счет немцев, депортированных осенью 1941- го в Сибирь, прежде всего из Поволжья.

Среди них был Иван Вайс. Он родился в 1924 году в поволжской колонии Беттингер. В сентябре 1941-го вместе с родными был насильно переселен в Красноярский край. В марте 1942 года призван в трудовую армию, попал в Богословлаг. Работал на строительстве БАЗ и местной ТЭЦ, в 1944-м его перевели в группу геодезистов лагеря. После войны трудармия была ликвидирована, но до 1956 года пришлось жить под надзором комендатуры. Здесь, в Краснотурьинске, Вайс, как и многие другие бывшие заключенные Богословлага, создал семью. Работал в тресте «Базстрой». После распада Советского Союза долгие годы, вплоть до 2020-го, руководил городским обществом немцев «Возрождение». Он умер в марте прошлого года.

Исследование судеб трудармейцев Богословлага стало делом жизни Ивана Вайса. Восемь лет он работал в архивах, его «Книга памяти» включает около 3500 имен тех, кто не выжил в трудармии. Но самый известный его труд – это крест напротив алюминиевого завода. Вайс был одним из инициаторов его установки в 1995-м.

Сегодня исследованием судеб российских немцев Краснотурьинска занимается молодое поколение. Ребята участвуют в конкурсах, выступают с докладами на конференциях. Каждый год 28 августа потомки трудмобилизованных немцев собираются у креста на плотине, где проходит акция памяти.

«Краснотурьинск знает много немцев, которые сыграли большую роль в экономической и культурной жизни города, – рассказывает новый руководитель «Возрождения» Ольга Смышляева. – Один из поселков недалеко от Краснотурьинска носит название Рудничный, но в народе его называют Ауэрбах в честь русского горного инженера немецкого происхождения Александра Ауэрбаха. Горожане знают и помнят Александра Франка, заслуженного врача РСФСР, заведующего хирургическим отделением городской больницы. Основатель Краснотурьинского цирка Фридрих Иоган был известен далеко за пределами города и области. Он воспитал несколько поколений цирковых артистов. Именем агронома Александра Эйзенаха, одного из основателей и первого председателя общества «Возрождение», названа улица в поселке, где проживала семья Эйзенах». К концу 1980-х в городе насчитывалось около 8500 немцев, сегодня – почти вдвое меньше.

«Российские немцы – дети двух культур. Несмотря на длительное пребывание в другой культурной среде, они сохраняют многие национальные черты. Надеемся, что и в дальнейшем мы будем поддерживать немецкую культуру как часть культуры нашего многонационального города», – убеждена Ольга Смышляева.


Мой Краснотурьинск: о североуральском городе вспоминают те, кто какое-то время жил в нем

Наталья Паэгле, журналист (Екатеринбург)

Для меня Краснотурьинск навсегда останется городом конца 1990-х – 2000-х. Благополучным, благоустроенным, процветающим. По своей архитектуре город напоминал Ленинград. Он и находится на одной широте с Северной столицей, и белые ночи здесь, такие же, как в Ленинграде – Санкт-Петербурге. В советские годы Краснотурьинск так и называли «Маленький Ленинград». В 1998 году я пришла работать на Богословскую ТЭЦ, где с удивлением узнала, что она, как и БАЗ, была построена силами немцев-трудармейцев Богословлага. Немецкие фамилии еще часто можно было слышать в городе, хотя, говорят, до эмиграции 1990-х в нем жили почти только немцы. Заинтересовавшись историей станции, я в течение 15 лет занималась и судьбами краснотурьинских немцев. В 2008 году на проходной ТЭЦ мы установили мемориальную доску в память строителей Богословлага.

 

Аркадий Герман, историк (Саратов)

Я родился в конце июня 1948 года в тогда совсем еще новом родильном доме «социалистического города» Краснотурьинска. Мама вспоминала, что в день моего рождения был сильный снегопад. Мы жили около Краснотурьинска, в поселке который назывался 5-й железнодорожный разъезд. До работы – «Базстроя» – родители доходили за 15–20 минут. Постепенно рядом с нами поселилось много других немецких семей, большинство из них – молодые. Поэтому у меня и моей сестры Светланы, родившейся на полтора года позже меня, было много друзей-сверстников. До Краснотурьинска также было 15–20 минут пешком. Там были детский сад, в который ходили мы с сестренкой, и магазины – основная цель походов родителей, которые иногда брали нас с собой. 

 

Лилия Андриянова (Екатеринбург), директор Дворца культуры, сейчас на пенсии

Краснотурьинск был особый город. До 1980-х на улице здесь чаще звучала немецкая речь, чем русская. В моем классе учились Абих, Абель… и так до последней буквы алфавита. Нас, немцев, было процентов 70. И это была типичная картина для Краснотурьинска. Это город со своей сложившейся культурой, чем он во многом обязан ссыльным немцам. Например, Гофман, великолепнейший музыкант, создал здесь без всякого преувеличения симфонический оркестр. Он собрал его из немцев, которые сначала создавали музыкальные коллективы в своих отрядах в Богословлаге. Иначе выжить было невозможно. После освобождения из зоны стали собираться во Дворце культуры металлургов. Были созданы симфонический и духовой оркестры, народный хор. У всех немцев дома были музыкальные инструменты. Музыка была миром, куда они уходили от реальной действительности.

Иржи Хёнес, Ольга Силантьева

Комментарии

Комментариев

Подписаться на Московскую немецкую газету

    e-mail (обязательно)