«Я объездила за год почти все родовые места – Воркута, Казань, Буинск, Ульяновск, Редкая Дубрава, Дворское, Орлово, Яровое, Славгород. Остались Дагестан и Омск», – рассказывала Нина Лебедева осенью прошлого года. «МНГ» не раз писала об ее отце, Андрее Фоте. Уроженец села Дворское (Розенхоф) на Алтае, он окончил Славгородский педтехникум и всю жизнь, кроме военных лет, работал учителем. В 1942–1947 годах Фот как трудармеец сначала строил участок железной дороги Свияжск – Буинск – Ульяновск, потом добывал уголь на воркутинских шахтах.
Дагестан нас заинтересовал: мы давно хотели рассказать о немцах, живших под Махачкалой. Нина Лебедева изучила историю Терских колоний через судьбу родных. Нам хотелось в газете опубликовать эту историю, дополнив ее фотографиями тех мест. Публикацию планировали после поездки Нины Лебедевой в Львовское №1 в Бабаюртовском районе весной 2026 года.
На Пасху спрашиваем Нину Андреевну о планах. «Там же наводнение, наверное, не добраться, – говорит она. – И что интересно: когда в те края приехали немцы, то они тоже пережили страшное наводнение. О них писали меннонитские газеты, вспоминали позже старожилы…»
Наводнение 1905 года
В частности, в дневниках жителя колонии Терек (так ее называли) Корнелиуса Тевса сохранились записи: «Очень тяжелые последствия имело наводнение 1905 года, которое привело к тяжелым заболеваниям малярией, особенно в деревнях №4 и №5 (Константиновка и Сулак. – Ред.) В них вымирали целые семьи. Всего за год в поселении умерло 105 человек, большинство из них от малярии и брюшного тифа. Это был самый высокий показатель смертности за год за все время».
Прадед Нины Лебедевой Гергард Шмидт родился в 1855 году во Францтале Молочанской колонии в Причерноморье. В июле 1903 года он с женой и шестью детьми переселился в Присулакские степи. Там молочанские меннониты в 1901- м купили у братьев Львовых 67 тыс. акров земли и основали 15 колоний. Первоначально они были названы в честь князей Львовых и им были присвоены номера. Впоследствии села получили названия, но номера сохранились. Волостным центром стала колония Николаевка (№9), а Гергард Шмидт – первым волостным старостой (нем. Oberschulze). Эту должность он занимал 6 лет. В 1914-м он ушел из жизни.
Наводнение 1907 года
Первые годы были тяжелыми для переселенцев. Земля в тех местах была малопригодна для ведения сельского хозяйства. Для полива сельхозугодий поселенцы в 1910–1911 годах прорыли два канала. Частые наводнения на реке Сулак приводили к подтоплениям поселков и распространению в них болезней. Вот как описывала последствия одного из паводков газета «Кавказская почта» в марте 1907 года, публикуя отчет по колонии №1 Вандерлоо (сегодня Львовское №1):
«9 января северо-западный ветер поднял воду в заливе на сажень выше обычного. Мосты ушли под воду, у рыбаков Тушмалова и Воробьёва смыло дома – к окнам подплывали на лодках. Вода разлилась далеко: колония №16 полностью под водой, в №15 и №14 затоплена большая часть. Зерно в сторону Акташа стоит в соленой грунтовой воде, посевы, вероятно, погибли. К счастью, 10 января ударил мороз и ветер стих. Старожилы (ногайцы) вспоминали, что десять лет назад было хуже. Есть опасность, что к лету останется много стоячей воды, а это снова создаст благоприятную среду для лихорадки» (публикуется в сокращении).
Эмиграция и депортация
К тому же межэтнические конфликты и набеги делали жизнь колонистов опасной. После революции ситуация стала еще неспокойнее. Не дождавшись защиты властей, немцы стали бежать из колоний. После окончания Гражданской войны власти Дагестана пообещали навести порядок, и некоторые семьи вернулись. Однако обстановка оставалась нестабильной. Поэтому часть немцев уехала в середине 1920-х, многие из них – в Канаду. Оставшихся немцев осенью 1941-го депортировали в Казахскую ССР.
Все дети Шмидта покинули Дагестан в 1918–1925 годах. Четверо разными путями оказались в Канаде. А двое – Екатерина, в замужестве Фот, и Елена, в замужестве Госсен, – в Дворском на Алтае и в Миролюбовке (Омская обл.).
В конце 2010-х канадские потомки тех, кто уехал в 1920- е, побывали в Дагестане и рассказали, что видели «остатки бывшей меннонитской деревни: фруктовые деревья, фундаменты зданий, место, где раньше было немецкое кладбище».
О планах на будущее
Найти следы рассчитывает и Нина Лебедева: «Уверена, что мое путешествие в Дагестан обязательно состоится. Из всех Львовских сел сегодня существует только Львовское №1, куда в первую очередь я и планировала поехать. На месте №9 и № 10, где создали семью и жили мои дедушка и бабушка, сейчас остались только кутаны (зимние пастбища). Были планы поработать в архиве Махачкалы, узнать, остались ли в этих местах следы памяти о моих предках. Информации об этом поселении ничтожно мало, я собираю ее буквально по крупицам, пролистывая немецкие газеты начала ХХ века. Так нашла несколько строк о судьбе деда, впервые увидела фотографию прадеда Гергарда. Недавно попались списки всех «терекцев», которые эмигрировали в Канаду в 1920-е годы. Исследования продолжаются».
Ольга Силантьева
Другие материалы с участием Нины Лебедевой:
- Воспоминания отца, Андрея Фота, о театре в Воркутлаге
- Об учителе Андрее Фоте
- О съемках фильма об Андрее Фоте
- О поездке Нины Лебедевой в Воркуту, где был в трудармии ее отец
- О строительстве участка железной дороги под Сталинградом, участие в котором принимал Андрей Фот
