На новом месте

«МНГ» прошлым летом рассказывала, что Германия выдает россиянам гуманитарные визы. Получить их сложно – длинный перечень условий и непростая интеграция. Наш автор Ирина Посредникова собрала истории людей, которые уехали по этой визе и получили социальную помощь.

Нюрнберг стал новым домом для Александра и его жены (Фото: wikimedia)


Валерия, Москва (имя изменено)

Я приехала в Германию в апреле 2022 года по шенгенской визе и как бывший сотрудник немецкого политического фонда попыталась получить гуманитарную визу внутри страны. Спустя почти полгода ожидания я получила отказ. Как потом выяснилось, в самой Германии гуманитарную визу получить невозможно. Повторно я подала документы в середине сентября в посольстве Германии в Москве. Визу получила через 11 дней. Мне выдали загранпаспорт с вложенным листком, на котором были напечатаны электронные адреса баварских ведомств. Сотрудник посольства, выдавший мне паспорт, не смог ответить на вопросы, куда меня распределили и в какое ведомство мне обращаться в первую очередь.

Я написала сразу на почты, представилась и рассказала свою историю. В течение нескольких дней мне ответили и назначили сотрудника, который, как я поняла, за меня отвечает в Баварии. Также меня автоматически распределили по уже существующей регистрации – по адресу моего друга в небольшой баварской деревне.

В центре занятости я получила только выплаты за полтора месяца, так как на начало января у меня был подписан рабочий контракт; там же (в центре занятости) предоставили медицинскую страховку. Я приехала сюда уже со знанием немецкого языка, а также заранее узнала про признание российских дипломов. Работу я нашла еще в первую поездку.

Что касается адаптации в стране, то она проходит с переменным успехом. Главной проблемой стало отсутствие ВНЖ. Без него, к сожалению, я до сих пор не могу снять квартиру и начать работать (работодатель всё ждет, когда я получу необходимые документы).
Насколько я поняла, я оказалась первым человеком, приехавшим в мой регион по гуманитарной визе. Поэтому у сотрудников местных ведомств возникало не меньше вопросов, чем у меня. Тем не менее первая встреча в миграцион­ном центре назначена на конец февраля, чему я бесконечно рада.

Я прекрасно понимаю, что, кроме меня, есть огромное количество напуганных людей, пытающихся устроить жизнь на новом месте. Поэтому я буду счастлива, если за время моего ожидания сотням людей будет оказана поддержка миграционного ведомства. После получения ВНЖ я бы хотела переехать в город и снять небольшую квартиру. После шумной Москвы резко переехать в деревню на 20 домов оказалось непросто. Необходимые мне ведомства находятся в ближайшем городе в 6 км. Каждый раз мне приходится напрягать людей, чтобы договориться с кем-нибудь о машине.

Временами я скучаю по домашнему уюту и своей семье, а также постоянно переживаю, что мои домашние далеко, и физически я никак не смогу им помочь. Мне также безумно не хватает питомцев – истории моей мамы про то, как пес уже спит у двери и реагирует на каждый шорох в надежде, что я вернусь, разрывают мне сердце. Когда будет бессрочный рабочий контракт, то собаку заберу.

Несмотря на ряд ограничений, за этот год я познакомилась с замечательными людьми, стала чувствовать себя увереннее в другой стране, приобрела особый житейский опыт, четко определила для себя цели на будущее.


Александр, Новосибирск

Я уехал из России 24 сентября. Буквально за 4 часа мы собрали чемодан, купили билет из Москвы в Петербург и нашли машину, которая отвезла меня в Хельсинки. Следующие двое суток прошли как в тумане – 13 часов на границе, пара часов сна в Хельсинки, перелет в Берлин.

На третий день пребывания в Германии я попал в списки на гуманитарную визу от Фонда имени Фридриха Эберта. Более того, буквально по одному телефонному звонку я собрал необходимую информацию и отправил в фонд – через неделю после этого списки соискателей визы по параграфу 22.2 (ВНЖ по неотложным гуманитарным причинам. – Ред.) ушли в МИД. Через три с половиной недели пришел отказ – оказалось, что на момент подачи списков нужно находиться вне ЕС.

3 ноября я уехал в Белград, откуда повторно подался в соискатели гуманитарной визы. Ответ, он же вызов в посольство, пришел почти через полтора месяца. Парадоксально, но моя жена ждала визу в Москве и получила вызов раньше меня на 3 недели. К сожалению, сербская «полако» (неторопливый ритм жизни. – Ред.) беспощадна даже к серьезным институциям и заражает своей нерасторопностью всех и каждого. Было ли тяжело ждать? Безумно! Если бы не своеобразное белградское объединение анархистов – художников комиксов, в котором я провел почти два месяца, было бы совершенно невыносимо. Если честно, в какой-то момент я реально начал сходить с ума от ожидания и невозможности как-то повлиять на скорость процесса.

В итоге я получил визу 20 декабря, сел в автобус и вернулся в Германию уже в новом статусе.

По распределению мы попали в Нюрнберг. Живем в общежитии в достаточно комфортных условиях – у нас своя комната-студия со всеми необходимыми удобствами, отличные соседи из Афганистана, Судана, Сирии и России. Несколько раз в неделю приходит очаровательная девушка-соцработница, которая помогает с официальными документами, оформлением и первичной социализацией в Германии. Начали ходить на интеграционные курсы, встали на учет в центре занятости, получили разрешение на пребывание, страховку, местный ИНН, открыли счет в банке. Следующим шагом будут языковые курсы, поиск квартиры, и, надеюсь, в течение года выйдем на рынок труда.

Говорить о планах на будущее сейчас глупо. Мы попробуем быть полезными и нужными тем, кто по-настоящему нуждается в помощи. Ежедневно в общежитии я вижу массу испуганных и растерянных людей, которым требуется поддержка – в быту, в центре занятости, в магазине. Кроме того, в Нюрнберге есть ряд инициатив и сообществ, работающих с мигрантами и беженцами. В ближайшее время мне бы хотелось активно вписаться в их деятельность.


Иван Звягин, Курск

Я подал заявление на гуманитарную визу в августе 2022 года, после того, как местный депутат призвал дать мне статус иноагента за получение минигранта на культурный (неполитический) проект от немецкого фонда, сейчас этот фонд в России закрыт. Конечно, это было не единственным обстоятельством. Ранее меня штрафовали за несогласованный митинг (это было художественное шествие) и арестовывали после моей работы корреспондентом на несанкционированной акции в поддержку Навального (включен в реестр террористов и экстремистов. – Ред.).

Я уехал в Германию один, оставив все общественные должности и сняв с себя полномочия руководителя НКО. Я получал визу в Москве. Мне дали контакт сотрудника посольства, который предложил где-то спустя неделю встречу по оформлению визы. Но я перенес встречу, так как планировал завершить юридические процедуры выхода из НКО и завершить социальный проект, на который я уже получил грант. Конечно, я не ожидал, что начнется мобилизация и купил билет на октябрь.

К счастью, визу я успел получить еще до мобилизации, и всё оставшееся время готовился к переезду и проходил комиссию в военкомате для получения статуса не подлежащего призыву. Это было очень нервное мероприятие, потому что в какой-то момент они решили, что я пришел по повестке, а не явился добровольно просто для пере­оформления документов. Однако я боялся, что не смогу пройти границу, если у меня в паспорте будет статус «военнообязанный», поэтому решил рискнуть и всё оформить.

В это время мне прислали адрес моего первичного распределения. Я туда звонил и писал, никто не ответил. Когда я приехал в Германию, то сразу отправился по адресу. Мне дали комнату, посуду, предметы для уборки, постельное белье и оперативно оформили все документы. Мой коллега приехал на два дня раньше, и администрация уже знала, что я тоже приеду к нему в общежитие.

В общежитии оказался один русскоговорящий украинец, проживающий в Германии в статусе беженца уже 5 лет. Он очень помог нам с оформлением анкет, переводами. Центр занятости нашего небольшого города оперативно всё оформил, и я получил пособие уже в конце месяца (спустя 2 недели). Я очень благодарен за помощь правительству Германии и всем социальным работникам.

Мне выдали направление на интеграционные курсы. Я обошел все ближайшие языковые школы, но они говорили, что занятия в новых учебных группах начнутся через полгода-год. Я сдал тест (это можно сделать в любой школе), взял его результаты и пошел с ними в одну из школ, где сказали, что, возможно, преподавательница согласится меня принять в группу с февраля. Так и получилось. Сейчас я изучаю немецкий с нуля.

Недавно мне удалось арендовать квартиру в соседнем городе. Я подавал очень много заявок, но отозвались лишь несколько арендодателей. Сейчас я переоформляю мои документы в другой город.

В Германии я никогда до этого не был. Сначала было непривычно, что в воскресенье не работают магазины, еще какие-то бытовые мелочи, в остальном страна похожа на Россию, только чистая и со счастливыми людьми.

Сейчас планы такие: нужно выучить язык, затем, может, пойти учиться. Я по образованию психолог, и моему диплому не требуется подтверждение. Я выиграл грант акселератора антивоенных инициатив в Берлине и в рамках своего проекта даю бесплатные психологические консультации для людей, приехавших из России по гуманитарным причинам. Искать работу буду после того, как освою язык.

Tolles Diktat 2024
 
Подписаться на Московскую немецкую газету

    e-mail (обязательно)