Полпожара и одна чума

Бавария – первая федеральная земля в Германии, которая ввела в целях борьбы с коронавирусом принудительный домашний режим. Как меры защиты отражаются на повседневной жизни людей? Об этом – из дневника очевидицы.

Историческое обращение канцлера Ангелы Меркель к народу посмотрели в прямом эфире 18 миллионов немцев /REUTERS

Елена Шлегель

11 марта. Число заболевших и вирусоносителей в стране – 1567. В Баварии – 366.

 В округах Пассау и Ландсхут, между которыми временно поделена моя жизнь, пока ни одного «заметного» случая. О вирусе напоминают полки в магазинах, из которых пропали туалетная бумага и другие товары: мясные продукты долгого хранения, пастеризованное молоко. При мне одна пожилая дама с натугой выкатывала тележку, доверху груженную пакетами с сахаром. Сколько сахара она собирается съесть?

Один знакомый рассказал, что видел плачущего покупателя в мегамаркете хозяйственных и строительных товаров. У того дома ни одного ролика туалетной бумаги, так уж получилось. Ринулся по магазинам – а стеллажи уже пустые. Просит у людей на кассе, чьи тележки ломятся от товара, ставшего «золотым», уступить хотя бы одну упаковку. Никто не согласился. У опоздавшего брызнули слезы из глаз, он пошел искать замену, взял упаковку кухонных бумажных полотенец.

12 марта. Заболевших и инфицированных – 2369, в Баварии – 500.

Как говорится, боязно включать утюг. Изо всех информационных источников валят плоские шутки про туалетную бумагу. Типа Германия окружает себя крепостными стенами из мягких роликов – чтобы враг (то бишь, вирус) не прошел. Одна из шуток: на картинке магнитофонная кассета и карандаш. Вопрос для поколения 2020 года: каким образом эти предметы связаны друг с другом? Рядом картинка: туалетная бумага и упаковка спагетти. Вопрос для поколения – 2040: как эти предметы связаны друг с другом? Неожиданный ответ подсказала розничная торговля: вечером заглянула в супермаркет и увидела опустевшие стеллажи с сиротливыми ценниками на спагетти и другие макаронные изделия. Вот так и связаны: ни того, ни другого не стало.

13 марта. Заболевших и инфицированных – 3062, в Баварии – 558.

Два переезда равны одному пожару. В моем случае один переезд равен половине пожара и чуме в придачу. Мы переезжаем из Пассау в Ландсхут, где с семьей дочери построили новый дом. Дочь с мужем уже вселились в него, наш переезд еще прошлой осенью был запланирован на март. Кто тогда знал про коронавирус?! На предстоящие выходные мы заказали грузовой транспорт – перевозить вещи (сто с лишним километров, не ближний свет). Заказывали в феврале, когда угроза эпидемии представлялась малореальной. Погрузка, разгрузка, перевоз – на все требуются руки. Дочь с мужем, я, мой младший сын – все мобилизованы. Старший сын в Англии. Мужа срочно выдернули на работу (всегда так бывает). Вопрос: кто будет присматривать за внучками? Две девочки-дошкольницы ездить туда-сюда с «грузчиками» не смогут. И дома их одних не оставишь. Вызвала маму из Фурта, это за 150 км совершенно в другом направлении. Она едет поездом в Ландсхут. Встречаем поезд – а мамы нет. И связаться с ней не можем. Ей 84 года, с мобильным телефоном она в прохладных отношениях. Описать панику, которая нас охватила, – не хватит слов. Вот что такое пятница, 13-е. Постепенно разъясняется. Мама должна была прибыть с пражским поездом частной железнодорожной компании alex, который на полпути между Фуртом и Ландсхутом, в Регенсбурге, сцепляется с другим поездом той же компании, идущим с севера Баварии, из Хофа. В Ландсхут alex прибыл по расписанию, но это была только его «половина» из Хофа. А из Праги поезд не пришел, поскольку Чехия именно сегодня закрыла границу с Германией, дабы не допустить распространения вируса. Маме пришлось ехать другим поездом, позже, а нам – гадать, когда встречать ее. Слава богу, встретили.

14 марта. Заболевших и инфицированных – 3795, в Баварии – 681.

 Заняты погрузкой. Дети перевозят вещи, разгружают, расставляют, торопятся назад за новой партией. За новостями следить некогда, но они сами появляются на экране лихорадочно вздрагивающего смартфона. Границу закрывает Польша. Германия закрывает границу с Австрией. Сейчас не до европейского единства.

15 марта. Заболевших и инфицированных – 4838, в Баварии – 886.

Граница действительно на замке, но Германия выезду не препятствует. Завершив с переездом, я решила заправиться – по привычке в Австрии. Там бензин дешевле: нет экологического налога, как в Германии. Доехала до «своей» заправки и подивилась волшебной цене на бензин: 107,8 цента за литр. Такого не было уже лет пятнадцать! При обратном пересечении границы дорогу преградил полицейский патруль. Маски на полицейских санитарные, а вот автоматы боевые. «Что вы делали в Австрии?»  – «Заправлялась!»  – «Заправок в Австрии больше нет!» После чего, правда, отпустили восвояси.

16 марта. Заболевших и инфицированных – 6012, в Баварии – 1067.

Внешне жизнь пока не отличается от обычной. Но стало известно, что будут закрыты непродовольственные магазины, ресторанам разрешают работать до 18 часов и при ограниченном числе посетителей. В Баварии рестораны могут работать только до трех. Для владельцев небольших заведений это удар. Да и для крупных сетей тоже – у них миллионный оборот. Значит, и недосчитаются миллионов. А мелкий бизнес, задействованный в сфере обслуживания, переживает коллапс. Одна фирма в Пассау, специализирующаяся на изготовлении баварской национальной одежды, перепрофилировалась на выпуск медицинских масок. Но если один трахт (то есть национальный костюм) обходится в эксклюзивном бутике в четырехзначную сумму, то сколько они будут брать за маску?

17 марта. Заболевших и инфицированных – 7156, в Баварии – 1243.

Стагнация мелкого и индивидуального предпринимательства болезненна и для меня. Как доцент Народной высшей школы (vhs) я получаю почасовые гонорары. Институт, естественно, закрыт. У меня – вынужденный отпуск. Но мои отпуска всегда с «подтекстом»: нет работы – нет денег. Остаются еще частные уроки. Но где их проводить? В доме пусто, не присядешь. Напросилась временно занять одну из институтских аудиторий. Директор филиала любезно согласилась. «У нас там все продезинфицировано. Ну, ничего, еще раз продезинфицируем!»

18 марта. Заболевших и инфицированных – 8198, в Баварии – 1692.

Впервые за все время своего канцлерства Ангела Меркель выступила с обращением к народу не в канун Нового года, а в «будний» день. Призывает к дисциплинированности и терпению. Просит ограничить контакты, стараться не покидать жилища. О принудительном домашнем режиме, уточняет она, речь пока не идет, но…

19 марта. Заболевших и инфицированных – 10999, в Баварии  – 2401.

После Северного Рейна – Вестфалии и Баден-Вюртемберга Бавария – на третьем месте по числу инфицированных. Говорят, Маркус Зедер, наш премьер-министр, настроен решительно. Решительней федерального правительства.

20 марта. Заболевших и инфицированных – 13957, в Баварии  – 2960.

Зедер оправдывает свое реноме. В Баварии с ноля часов завтрашнего дня под страхом административных наказаний (штраф до 25 тыс. евро) нельзя покидать жилье без уважительной причины. А у нас на завтра-послезавтра намечен косметический ремонт, побелка-покраска стен перед сдачей квартиры. Дети рванули на помощь вечером вместо завтрашнего утра, пока не задействован полицейский контроль.

21 марта. Число заболевших и инфицированных – 16662, в Баварии – 3650.

Тонем в ремонте. Проблема с вывозом мусора – как вывезешь, если всем оставаться дома?

22 марта. Число заболевших и инфицированных – 18610, в Баварии – 4892.

 Ремонт завершили. Детям предстоит обратная дорога и, вероятно, объяснения с полицией. Переезд близится к концу. А чума продолжается.

Число заболевших и инфицированных на 29 марта в Баварии  – 14326, в Германии – 61585, умерло – 503, вылечились – 9211.

Комментарии

Комментариев

Подписаться на Московскую немецкую газету




e-mail (обязательно)