Скрипка, колокол и танец

За свою театрально-танцевальную миниатюру «Марксштадт - Сибирь» о депортации поволжских немцев коллектив из Энгельса получил на фестивале свободного танца «Белая обезьяна», проходившем в феврале в Подмосковье, приз, и «МНГ» решила присмотреться к постановке.

Ребята по-настоящему вживаются в образы депортированных / Наталья Новикова


На затемненной сцене Дворца творчества детей и молодежи города Энгельса репетирует юная труппа театра танца «Домино». На актерах типичная для советских людей 1940-х годов повсе­дневная одежда: на женщинах и девочках юбки и блузки, сарафаны, жилеты, мужчины и мальчики одеты в брюки, пиджаки, на головах – кепки -восьмиклинки. Звучит музыка из кинофильма «Список Шиндлера» (1993) режиссера Стивена Спилберга.

Лица ребят, вжившихся в образы, полны трагизма. Действие происходит на железнодорожной станции, откуда в товарных вагонах в Сибирь отправляют первую партию депортируемых. Все поднимают вверх руку, выражая готовность биться с врагом в рядах Красной армии, и не понимают, за что их высылают и в чем они виноваты. Один мужчина делает шаг вперед: он желает идти на фронт. Следом за ним делают шаг и другие. Дети боятся, женщины плачут.

Трагизм нарастает, но вдруг сменяется нарочито веселым немецким танцем. Так немцы пытаются поддержать друг друга, как-то сгладить ужас происходящего, успокоить детей. Они надеются вернуться обратно!

В конце постановки актеры снимают с шеи небольшие колокольчики, которые они носят на шнурке, прикасаются ими к земле и снова надевают. Затем звучат колокола, и танцоры уходят со сцены, втянув головы в плечи, как бы стараясь сделаться незаметными. Впереди у них долгие испытания, растянувшиеся почти на 20 лет.

«Почему в постановке использованы колокольчики? Одна женщина, пережившая депортацию, вспоминала: „Когда семью выселяли, в церкви, которая находилась рядом, громко били колокола. И звон этот всю жизнь стоял у меня в ушах“. Колокольчики – символ родины, ее частичку немцы забирают с собой в Сибирь», – поясняет режиссер постановки Галина Яковлева.

Когда танец заканчивается, зрители всегда испытывают эмоциональный шок. У многих на глаза наворачиваются слезы. И главное, не понятно, как реагировать? Хлопать? Молчать?Благодарить?

«Почему вы взялись за эту тяжелую тему?» – спрашиваю у художественного руководителя «Домино», почетного работника воспитания и образования РФ Ольги Танчук. «Мы живем в Энгельсе, некогда столице Республики немцев Поволжья, и хотим, чтобы дети знали историю родного края. Для нас это живой урок истории. Теперь и зрители, и танцоры знают, кто такие немцы Поволжья и какой ужас пришлось им пережить», – поясняет худрук. По ее словам, чтобы дети смогли в танце передать эту сложную тему, с ними проводились многочасовые беседы, они не раз ходили в музей, смотрели видеоинтервью с людьми, пережившими депортацию, – с теми, кто до сих пор проживает в Сибири, и с теми, кто вернулся домой или живет в Германии. Ребят постепенно погружали в атмосферу того непростого времени.

Семиминутная постановка «Марксштадт – Сибирь» была подготовлена театром танца «Домино» в 2019 году. Ее уже показывали на трех международных фестивалях, где она занимала призовые места. В­ планах на ближайшее время – подготовить 30-минутный спектакль, премьера которого должна пройти в канун 80-й годовщины депортации.

Олег Винс

Комментарии

Комментариев

Подписаться на Московскую немецкую газету

    e-mail (обязательно)