Быть мужчиной

В Москве во второй раз прошел фестиваль Malefest – площадка для обсуждения гендерных вопросов, связанных с мужчинами. Одним из спикеров фестиваля стал немецкий специалист по вопросам гендера Флориан Фишер. «МНГ» поговорила с ним о меняющемся образе мужчины и борьбе со стереотипами.

Флориан Фишер / Lisa Dinsenbacher


Ваша профессия звучит как тренер и консультант по вопросам социальной справедливости и гендера. Кого вы консультируете?

Я провожу тренинги на тему дискриминации: расизм, вопросы полов. Курирую организации, которые хотят знать больше о культурном разнообразии. Как правило, это образовательные или исследовательские структуры или группы.

На воркшопе в рамках фестиваля вы рассказывали, что заинтересовались темой маскулинности в 2013 году во время учебы. Как именно возник этот интерес?

У нас была инициативная группа, мы делали разные проекты. Половина группы была мужской, другая половина – женской. Взаимодействуя, мы заметили, что мужчины больше говорят, больше делают предложений и их больше слушают, чем женщин. Дело закончилось тем, что мы пригласили тренера со стороны, чтобы разобраться, почему так. Позже мы организовывали встречи, где читали тексты по теме гендера, обсуждали то, как маскулинность влияет на наш образ жизни. Я стал много читать, разговаривать с людьми, о сексизме, об опыте столкновения с маскулинностью.

На фестивале вы говорили, что, как и в России, в Германии тоже есть представление о том, что мужчина должен быть сильным, выносливым. Какие еще там существуют стереотипы?


Представления о мужественности схожи во многих странах. Да, считается, что мужчина не может проявлять слабость, показывать чувства, демонстрировать неуверенность, он должен быть защитником, проводником. В Германии в некоторых социальных кругах могут быть некоторые отличающиеся мнения. Например, в либеральной среде есть представление о том, что мужчина может и не быть особенно сильным, но доминантные функции за ним все же остаются – большую часть домашних дел выполняют женщины, а мужчины погружены в рабочие проекты.

Есть ли разница между образом мужчины до падения Берлинской стены и после объединения?

Была разница между тем, что происходило в Западной и Восточной Германии. В ГДР работающих женщин было больше, чем в ФРГ. И для мужчин коллега-женщина не была чем-то удивительным. Это касалось и отношений, твоя партнерша могла работать и зарабатывать. В Западной Германии женщины больше занимались домом и детьми. Там даже праздновался День матери, то есть женщину в первую очередь воспринимали как маму, в то время как в ГДР отмечали Международный женский день. После объединения представление о мужчинах меняется медленно. Женщины как бы вышли на первый план, этому, конечно, способствовало глобальное движение #MeToo. Могу лишь добавить, что молодые немцы сталкиваются с вопросами мужественности, сексизма чаще, чем старшее поколение. И в либеральной среде тема маскулинности присутствует интенсивнее, чем в консервативных кругах. В разговорах мужчины часто жалуются на то, что им приходится соответствовать ожиданиям женщин, возникают конфликты.

Как думаете, нужно ли сегодня мужское движение, аналогичное феминизму? Если да, то что могли бы требовать мужчины?

Мне кажется, что мужчины могли бы примкнуть к женскому движению, поскольку его суть заключается в освобождении от навязанных гендером норм. В школах могли бы проводить уроки на тему того, что значит быть мужчиной. В 1980–1990-е в Германии были мужские кружки, где как раз обсуждались темы маскулинности, даже издавались журналы. Сейчас это все утрачено, было бы здорово возобновить такие группы. Если говорить о требованиях, то я бы, наверное, назвал программы здоровья. В условиях патриархата мужчины раньше умирают, они реже обращаются к врачам, поэтому специальные программы обследования могли бы им помочь.

Беседовала Любава Винокурова

Комментарии

Комментариев

Подписаться на Московскую немецкую газету

    e-mail (обязательно)