В 2025-м шоколадные Вайнахтсманы подорожали, по разным оценкам, на 25–60% по сравнению с прошлым годом в зависимости от магазина и производителя. Эксперты объясняют инфляцию дефицитом какао-бобов на мировом рынке. В Западной Африке был неурожай, поэтому импорт какао в Германию резко упал. Правда, в октябре цена на него снизилась до минимума за последние два года. Однако нынешних символов Рождества успели «отлить» из майских закупок. А ведь еще следует учитывать и возросшие расходы на зарплаты сотрудников.
Каждый год в преддверии праздников в Германии ходят слухи: якобы нераспроданных, а потому «несчастных» и дорогих шоколадных Вайнахтсманов переплавляют к Пасхе в веселых кроликов. Эти фантазии подпитывает статистика. В прошлом году было выпущено 164 млн рождественских фигурок и целых 228 млн кроликов. Разница в объемах и порождает подозрения в «шоколадной реинкарнации». Производители уверяют, что такие объемы являются оправданными, а переплавка – экономически невыгодное предприятие. Логистика, распаковка и переплавка фигурок требуют значительных затрат. Но главное – шоколад при повторной плавке теряет свои вкусовые качества. Для производителей, дорожащих репутацией, использование такого сырья бессмысленно.
Эту ситуацию с вторичным использованием рождественских фигурок на Пасху предвосхитила Астрид Линдгрен в рассказе «Спорим, Лотта самая веселая девочка». Маленькая героиня заходит в кондитерскую грека за пасхальным яйцом и застает его в слезах.
«Не будет больше моей лавки! – жалуется он. – Шведские дети едят слишком мало шоколада». Лотта тоже расстраивается. И кондитер в утешение дарит ей оставшихся с Рождества марципановых поросят и шоколадных Кристкиндов.
Современные немецкие производители, конечно, не плачут в своих цехах, но и им приходится несладко. Однако если герою Линдгрен хватило остатков рождественского ассортимента, чтобы утешить ребенка, то компаниям нужны более изобретательные решения, чтобы пройти «шоколадный кризис».
Полина Меркулова
