О героях и антигероях

Ровно 30 лет назад, в октябре 1991-го года, закрылось окно возможностей для восстановления Республики немцев Поволжья. Впрочем, сразу скажем, что открыто оно было лишь на короткое время на закате перестройки. Кто виноват и что надо было делать? Эти классические вопросы «МНГ» задала свидетелю тех событий историку Владимиру Ауману.

Президент СССР Михаил Горбачев на встрече с делегацией советских немцев
в мае 1991-го. В первом ряду стоят академик Борис Раушенбах (третий слева)
и Владимир Ауман (второй справа). / Из архива семьи Раушенбах


Владимир Ауман

Кандидат исторических наук, заслуженный работник культуры Республики Казахстан. Родился в 1938-м в селе Александргейм Днепропетровской области. В 1991-м – консультант по межнациональным отношениям и заведующий сектором отдела национальной политики при аппарате ЦК КПСС. С 1993-го по 2003 год возглавлял Образовательно-информационный центр российских немцев (BiZ), который с 1994-го располагался в Мамонтовке.


Но прежде напомним, каким был тот исторический октябрь 1991-го. Он был теплым. В начале месяца в Москве максимальная температура составляла 23 градуса! К середине октября она немного понизилась, но держалась на отметке выше 10.

А в зале кинотеатра «Октябрь», в котором проходил отложенный с марта I Съезд немцев СССР, вообще было жарко. Делегаты ждали, что высшее руководство страны вот-вот приедет к ним и объявит о восстановлении республики немцев в Поволжье, решит вопрос с материальной компенсацией тем, кто полвека назад был депортирован в Сибирь и Казахстан. Открытие съезда приурочили к годовщине принятия решения о создании немецкой автономии: декрет Совнаркома РСФСР «О создании области немцев Поволжья» был утвержден 19 октября 1918-го.

Параллельно с I cъездом недавно образовавшийся Международный союз немецкой культуры проводил I всесоюзный фестиваль культуры советских немцев, на который собралась почти тысяча человек со всей еще общей страны. В рамках фестиваля на престижной площадке столицы, в Центральном доме художника, прошла организованная МСНК выставка «Искусство российских немцев».

Владимир Андреевич, какое место события 1991 года – I съезд немцев, I фестиваль, развал СССР – занимают в истории советских немцев?

1991-й был годом невиданного подъема национальной активности советских немцев, такого мощного и, казалось, результативного, что большинство из них начали верить в возможность полной реабилитации народа. Эту надежду укрепили президент СССР Михаил Горбачев во время встречи с делегацией советских немцев и готовящийся съезд. Веру в торжество справедливости вселяли и некоторые решения властных структур. Справедливости ради напомню, что велика была и доля тех, кто потерял всякую надежду и ждал только переезда в ФРГ. В 1991 году туда выехало 147 920 немцев и членов их семей.

2021 год юбилейный и для Указа Президиума Верховного Совета СССР «О переселении немцев, проживающих в районах Поволжья». Исполнилось 80 лет со времени его появления. Этот Указ стал началом конца пребывания немцев в странах бывшего СССР: по некоторым оценкам, в Германии сегодня проживает около 4 млн бывших советских граждан немецкой национальности и их потомков. Все надежды и мечты, связанные с 1991 годом, не сбылись. С развалом СССР советским немцам был нанесен еще один удар. Они перестали быть единым народом и не только потому, что большая его часть переехала на ПМЖ в Германию. Он распался на немцев России, немцев Казахстана, немцев Украины и т.д. С потерей единой Родины немцы утратили и те мелкие достижения, которых удалось добиться многолетними усилиями. Исчезли немецкие факультеты в вузах, не стало школ, детских садов, дававших хотя бы минимальную возможность изучать язык, историю и традиции народа.

Как вы считаете, в чем причины несбывшихся чаяний?


Хочу сослаться на мнение Бориса Викторовича Раушенбаха, гениального ученого, академика, Героя Соцтруда, лауреата Ленинской премии. Он всегда сторонился общественной деятельности, но, когда ему предложили войти в состав правительственной Комиссии по проблемам советских немцев, он согласился и стал председателем Оргкомитета по подготовке съезда. Это согласие он дал, полагая, что полная реабилитация немцев возможна. При этом он исходил из того, что это мнение поддерживал Генеральный секретарь ЦК КПСС, а потом президент СССР Михаил Горбачев, с которым Раушенбах был в хороших личных отношениях. Накал национального движения, ситуация в стране в целом и отношение Горбачева к проблеме немцев укрепляли веру Бориса Викторовича в возможности достижения поставленной цели с помощью съезда. Обязательным условием должно было быть полное единство в понимании поставленной цели, и прежде всего единство лидеров и делегатов съезда.

А оно как раз отсутствовало. Уже при образовании общества «Возрождение» стали заметны разные взгляды на борьбу за реабилитацию между его лидерами Генрихом Гроутом и Гуго Вормсбехером. Эти разногласия нарастали в ходе подготовки съезда. Каждый из участников «раздрая» обрастал соучастниками. В интервью писателю Эдуарду Бернгардту Раушенбах сказал: «Внутри немецкого движения шла дурацкая грызня между разными лагерями, оно не было единым. Сколько я им ни говорил: «Айниг, айниг, айниг» – «Единство, единство, единство» – они дрались». Незадолго до съезда Борис Викторович предпринимает попытку объединить лидеров вокруг одной темы – возрождение республики. Он приглашает узкий круг лидеров – Гроута, Мартенса и Шульца, чтобы договориться. Казалось, договорились. Но на съезде разногласия вспыхнули с новой силой.

Значит, отсутствие единства лидеров стало причиной поражения национального движения?

Самая существенная причина, по мнению Бориса Раушенбаха, была в том, что советская власть не планировала полной реабилитации немцев. Этот вывод следует из заявлений представителей власти, принимавших делегации советских немцев. Борис Викторович считал возможным достижение этой цели в момент, когда политика власти была «какой-то рваной», когда возможность реабилитации допускал Горбачев. Окончательно о том, что Республики не будет, как известно, высказался президент России Борис Ельцин в январе 1992-го. Огорчало Раушенбаха то, что в крайне важный момент, когда победа была возможна, активисты национального движения были не едины.

Кто был главным разрушителем единства?

Главным, конечно, считали Генриха Гроута. У него не было политического опыта, он шел напролом, не признавая никаких авторитетов. Благодаря его бескомпромиссному призыву: «Или Республика или все уедем!» большинство немцев решили свою судьбу, переехав в Германию.

Вечным оппозиционером Гроута был Гуго Вормсбехер. Если за Гроутом шла большая часть народа, то Гуго Густавович, раскалывая единство, создавая все новые и новые организации, практически всегда был один. Нет за ним никого и сегодня. К сожалению, он продолжает клеветать на своего бывшего коллегу. Так и хочется крикнуть: «Гуго, остановись!». В этом году Генриху Гроуту исполнилось 70 лет. Свой юбилей он встретил в инвалидной коляске. Борьба за народ не прошла даром. С опозданием я поздравляю Генриха Генриховича и желаю ему скорейшего выздоровления! Из своих наблюдений и бесед знаю, что народ любил и любит тебя, Генрих. Ты был и остаешься национальным героем, немецким Данко. Пусть это придаст тебе силы!

Свою личную, часто далекую от интересов народа роль, играли в те годы Владимир Бауэр, Петр Фальк и Юрий Гаар. Это, конечно, негативно влияло на борьбу за возрождение. Разрушительную роль сыграли в движении военные – Александр Кичихин и Владимир Шульц.

Среди активистов был ведь и Генрих Мартенс?

Генрих Генрихович Мартенс – один из активистов национального движения. С момента его зарождения он находился в гуще событий. Молодой инженер был делегатом съезда и активным членом оргкомитета по его подготовке, убежденным, что полная реабилитация и возрождение республики возможны. В то же время он понимал, что не все советские немцы смогут и захотят переехать в Германию. Из-за смешанных браков для многих она и не была исторической родиной. Работая над документами I съезда немцев, Генрих Мартенс приходит к пониманию того, что на полную реабилитацию и тем более на возрождение Республики немцев советская власть не пойдет никогда. Мартенс делает вывод, что немцы в России были, есть и будут всегда, а поэтому, по его же словам, нужно «заняться практической работой по поддержке и помощи своему многострадальному народу».

С тех пор прошло 30 лет. На устах российских немцев чаще всего по-прежнему два этих имени – Гроут и Мартенс. Переехав в Германию и чувствуя ответственность за то, что люди вняли его призыву, Генрих Гроут ведет с завидной настойчивостью борьбу за то, чтобы российским немцам в Германии жилось хорошо. Но и там Гроут не научился терпению. Он нередко совершает ошибки. К сожалению, и в Германии в среде активистов российских немцев царит раздрай.

Все эти годы с немцами, оставшимися в России, был Генрих Мартенс. Он вышел из состава Оргкомитета по подготовке съезда, с рядом своих сторонников создал Союз в поддержку культуры немцев СССР,
с осени 1991-го – Международный союз немецкой культуры. С тех пор он его бессменный председатель. В течение 30 лет Союз помогает живущим в России оставаться немцами.

Как вы оцениваете усилия Генриха Мартенса по сохранению культуры российских немцев?

Благодаря усилиям Генриха Мартенса и Ольги Константиновны, по счастью не только супруги Генриха, но и первого заместителя председателя МСНК, все знают, что в России жива и довольно активна немецкая диаспора. Любой немец, живущий на территории России, может обратиться в структуры МСНК, и он получит необходимую помощь. Создано содружество ученых, изучающих историю российских немцев. Российские немцы, благодаря возрожденной Мартенсом немецкой газете, ставшей солидным и популярным изданием, могут быть в курсе всего, что касается немецкой диаспоры. Работает портал российских немцев. Регулярными стали научные и научно-практические конференции, дни и фестивали немецкой культуры, цель которых – развитие и поддержание языка, образования, науки и самобытной культуры немцев. 25 октября Мартенсу исполнилось 65 лет. С юбилеем, Генрих Генрихович! Здоровья вам и долгих лет жизни во благо российских немцев, которым посвящена ваша жизнь.

Не могу не сказать еще об одном. Многим не дают покоя успехи Мартенсов не столько в делах немецких, сколько в бизнесе. Их предположения о том, что для бизнеса супруги используют средства, выделяемые на решение проблем российских немцев, наивны. Тем, кто этим озабочен, напомню: все, что делают Мартенсы, МСНК, находится под неослабным контролем двух государств. Любой шаг влево или вправо был бы давно пресечен.

Уполномоченный правительства ФРГ по делам переселенцев Бернд Фабрициус недавно заявил, что в странах бывшего СССР еще проживает более 1 млн немцев. Если идущая сейчас перепись населения это подтвердит, то можно утверждать, что в этом огромная заслуга МСНК, отмечающего свое 30-летие, и его руководителей!

Беседовала Ольга Силантьева

Комментарии

Комментариев

Подписаться на Московскую немецкую газету

    e-mail (обязательно)