Центральная ось

Как формируются эмоциональные связи с местом, которое человек называет домом? В Еврейском музее и центре толерантности в Москве на выставке «Чувство дома» представили 17 фотоисторий, авторы которых дают ответы на этот вопрос. Один из рассказов – о немцах Азовского района Омской области.

Фотоистория «Русские немцы» на выставке «Чувство дома» / Ольга Силантьева


Для одних дом – это место, где они родились и выросли, для других – та квартира, где сегодня живет семья. Для кочевых народов – природа, родные места. Для осетин – башня, символизирующая род. В России немало тех, кто был вынужден покинуть край, в котором испокон веков жили их предки, и обустраивать новое жилье в тысячах километрах от прежнего. Где для них дом? Можно ли его перенести на новое место? А если в тот, оставшийся, вселились новые люди и сделали его «своим»? Чей он тогда? Понятие «дом» зависит от культуры памяти, национальной принадлежности, мироощущения.

Выставка «Чувство дома» рассказывает как раз про то, что для людей значит больше, чем просто кровля. Экспозиция организована Еврейским музеем и центром толерантности совместно с исследовательским проектом «Заповедник» (Фонд «Общественное мнение»). Она состоит из пяти тематических разделов: «Родовое гнездо», «Дома кочевников», «Ностальгия по дому», «Мой дом – твой дом» и «Сакральный дом». Каждый обозначен своим цветом и рассказывает по несколько историй. Разделы предваряют общие вступления. Есть и описания всех серий. Их авторы – фотографы с именем. Кураторы постарались, чтобы было понятно и информативно.

Рассказ о немцах Азовского немецкого национального района Омской области вошел в раздел «Ностальгия по дому». По соседству истории о тех, чьи дома оказались затопленными в ходе создания Рыбинского водохранилища (ради него пожертвовали почти 700 селами и деревнями), а также о евреях, переселившихся при советской власти на Дальний Восток и сегодня проживающих в Еврейской автономной области.

В фотоистории «Русские немцы» – портреты жителей Азовского района. Рядом с ними – те вещи, которые символизируют для этих людей дом, напоминают им об исторической родине  – Германии. Это предметы быта, фотографии родителей, Библия, шпрух, национальный костюм. Это собственно дом с аккуратным палисадником.

Рядом с портретом Валерия Роота, владельца пекарни Deutsche Bäckerei в Александровке, фотографии свежеиспеченных буханок, его предприятия и сотрудников. Может, они в этот момент готовят ривелькухен по рецепту, унаследованному Роотом от матери, поволжской немки? Фотография, запечатлевшая момент выпечки хлеба, – единственный динамичный кадр в этой истории. Как будто жизнь здесь, в Сибири, остановилась, традиции, какими они были лет сто назад в той же Александровке, такими и остались.

«МНГ» связалась с одной из героинь фотоистории – с Татьяной Ренье, урожденной Майнгардт. 17 лет она проработала в историко-краеведческом музее в родной Александровке. В пандемию вышла на заслуженный отдых. Татьяна Владимировна рассказала, что съемки проходили недавно. Сначала была беседа с сотрудниками проекта «Заповедник» в музее. Потом Татьяна Ренье пригласила гостей к себе домой. «Расспрашивали о немецких традициях, о том, какие праздники отмечаем, что напоминает в семье о предках. А под конец спросили: что для меня чувство дома, – говорит Татьяна Ренье. – Поэтому я удивилась, когда вы сказали, что в Москве проходит выставка под таким же названием и на ней моя фотография».

Татьяна Ренье, село Александровка / Федор Телков


Так что же для Татьяны Ренье значит «дом»? «Дом – это место, где тебя ждут. Где живут твои дети и внуки. У меня пятеро внуков, старшему – 14, младшему – полтора, я вижу, как они растут. Мой дом здесь, в Александровке», – отвечает она. На выставке можно увидеть фотографии некоторых предметов, являющихся семейными реликвиями для Татьяны Владимировны. Это скалка и подставка для приготовления лапши. Скалкой, принадлежавшей еще ее бабушке Екатерине Майнгардт, Татьяна Ренье пользуется до сих пор. В какой-то момент ось сточилась, стало сложно работать скалкой, и тогда отец придумал вставить внутрь подшипники. «Вот такую память о себе оставил отец», – говорит Татьяна Ренье.

Скалка и подставка для лапши Татьяны Ренье / Федор Телков


Сам Владимир Майнгардт, кстати, уехал в 1990-е в Германию вместе с двумя детьми. А бабушка приехала в Сибирь с Волги еще в раннем детстве, до депортации. Четыре члена семьи прошли через трудовую армию в годы войны, все вернулись в Александровку. История этой семьи, как и десятков тысяч других семей российских немцев, – это история переселений, вынужденных и добровольных. Дом для них там, где сейчас родные.

Выставка продлится до 30 октября.

Ольга Силантьева

Tolles Diktat 2024
 
Подписаться на Московскую немецкую газету

    e-mail (обязательно)