С немцами и без них: о Нижней Добринке

Именно в Нижней Добринке обосновались первые колонисты, откликнувшиеся 260 лет назад на «вызывной» Манифест Екатерины II. Но времена, когда здесь говорили на немецком языке, прошли. Как жилось поселению с немцами, как живется без них? «МНГ» поговорила с руководителем местного музея «Традиции и быт поселений немцев Поволжья» Любовью Капустиной.

Нижняя Добринка расположена на правом берегу реки Добринка у места ее впадения в Волгу (Фото: Тино Кюнцель)

Первый день в истории Нижней Добринки, кажется, хорошо задокументирован. Вы показываете архивные данные, из которых видно, кто те немецкие поселенцы, которые 29 июня 1764 года сюда прибыли: их имена, возраст, происхождение и сколько Саратовская контора опекунства иностранных выдала им денег, животных и инструментов в качестве стартового капитала. А что увидели 15 семей, проплывших по Волге и причаливших здесь к берегу?

Для них уже были построены дома. По документам 72 русских плотника участвовали в строительстве. Колонисты увидели горы. И Волга была намного уже, чем сегодня. Берег был берегом, не было таких скал. Полагаю, что была удобная бухта, залив.

Камень в честь 250-летия прибытия в Добринку первых колонистов (Фото: Тино Кюнцель)

Как обживались колонисты?

Думаю, что наш резко континентальный климат доставил им массу хлопот. Ведь они приехали из мягкого западного климата, с батюшки Рейна на матушку Волгу. Им здесь было очень некомфортно. Земли очень специфические. Голая степь. Понадобилось не 10 и не 20 лет, прежде чем зацвели сады. Накануне войны и депортации село уже утопало в сирени.

Что, по вашему мнению, считается временем расцвета колонии?

Если исходить из числа промышленных предприятий, то это конец XIX века. Тогда их было минимум 18.


В 1764–1768 годах в Саратовском Поволжье было основано 105 колоний, а также колония Сарепта под Царицыном. Первые колонии появились к северо-востоку от сегодняшнего Камышина Волгоградской области – Добринка, или Монингер (по указу от 26 февраля 1768 года о наименованиях немецких колоний получила официальное название Нижняя Добринка), и Галка. Чуть позже – Мюльберг (Щербаковка), Гольштейн (Верхняя Кулалинка) и Дрейшпиц (Верхняя Добринка). Всего 8 поселений, из них 7 сохранились до наших дней. Они расположены на территории природного парка «Щербаковский» с богатой флорой и фауной.


В сентябре 1941 года всё население Нижней Добринки было депортировано?

Нет. Из 5 тыс. человек, проживавших здесь тогда, не все были немцами. И если глава семьи был русским, то семью не депортировали.

Но многие дома опустели.

Да. А погреба были полные. Люди на зиму много заготовили. Говорят, в одном доме на столе обнаружили записку. Корявым почерком немец писал русскими буквами: «Люди, кто здесь будет жить, пользуйтесь всем, но не ломайте, пожалуйста, ничего». Думали, что они скоро вернутся.

Кто были те люди, что въехали в эти дома?

Эвакуированные с Украины, из Орловской и Ленинградской областей. В музее есть трогательное письмо женщины с Украины, написанное в 1980-е или 1990-е. Когда ее семью сюда эвакуировали, ей было 12 лет. Писала она, уже будучи на пенсии. Вспоминала о том, как приняли их в Добринке, как не дали им погибнуть. «Выхожу на балкон, вижу Днепр и вспоминаю Волгу», – она писала, что хотела бы приехать.

После 1956 года немцы стали возвращаться на Волгу, но они не могли претендовать на свои дома. Сколько их было в селе в 1980-х?

Больше половины все-таки были немцы, но утверждать не буду. Когда мы с мужем сюда переехали в 1992 году, было еще много бабушек и дедушек, которые между собой говорили на немецком. И на русском с сильным акцентом. Как и мой дед.

В 1990-е большинство немцев переехало в Германию. Как вы сами пережили тот период? 

У меня была своя жизнь, своя семья, я даже не особо задумывалась о том, что я сама немка. Мы с мужем только выпустились из пединститута. Совхоз дал нам квартиру в Терновке. Это недалеко отсюда, по дороге в Камышин. Тогда такое паломничество людей началось – не хватало домов их поселить. В Терновку приезжали немцы из Казахстана и Средней Азии. Отсюда легче было уехать в Германию. Здесь был как бы перевалочный пункт. Одни уезжают, следующие приезжают – совхоз им дает квартиру. И это всё на наших глазах.

Любовь Капустина во время подготовки очередного маршрута (Фото: Тино Кюнцель)

Как вы это тогда воспринимали?

Люди уехали в Германию за лучшей жизнью, как когда-то их предки уехали в Россию за лучшей жизнью. Это у меня уже заученная фраза. Провожали их всем селом, плакали даже. В первые годы они ездили к нам в гости на своих новых машинах. Теперь ездят по Италиям и Испаниям, наверное.

Как этот исход повлиял на жизнь села?

Тогда поменялся строй, перемены изменили и нашу жизнь. Не стало той страны, которая была. Были совхозы, колхозы, были предприятия – всё это работало. А страна ушла, и начались раздрай, разруха. Поэтому многие и уехали. И не только немцы.

То есть отъезд немцев не имел серьезных последствий для села?

Я вам отвечу так. Село проживет без человека или даже без группы людей. А может ли конкретный человек жить без того места, откуда он вышел?

Историческое здание школы и новый спортзал (Фото: Тино Кюнцель)

Как развивалось с тех пор село?

Я всегда стараюсь смотреть позитивно на все вокруг. Главное – не ныть. И начинать с себя. Я вижу позитивные изменения за последние годы. У нас открылись новый спортзал для школы, парк. Бывшая земская школа перестала быть спортзалом, и теперь там – библиотека и клуб. А у нас и музей открылся в 2021 году, вообще самое позитивное событие.

Беседовал Тино Кюнцель

Tolles Diktat 2024
 
Подписаться на Московскую немецкую газету

    e-mail (обязательно)