Разыскная служба еще ищет

В начале мая Немецкий Красный Крест объявил, что с 2024 года он не будет оказывать помощь в поиске родственников, пропавших в период Второй мировой. Спустя несколько дней появилась информация, что эта работа, возможно, будет продолжена. Но тем, кто хотел отправить запрос, лучше поспешить.

В разыскной службе Красного Креста огромная картотека / Reuters / PIXSTREAM

Ольга Силантьева

Семья Вильгельма и Элизабет Шмидт жила во Фрейдентале, обычной немецкой деревне на юге Украины (сегодня это село Мирное Одесской области). С 1912-го по 1931 год в ней родилось семеро детей. В 1941-м, когда началась война, депортировать на восток ее не успели. А в 1944 году семья ушла вместе с германскими войсками на запад и оказалась в Вартегау, на аннексированной польской территории.

В 1945-м Шмидты бежали в Саксонию. Судьба отца с тех пор неизвестна. Мать и шестеро детей были схвачены советскими органами и по отдельности (некоторые уже были взрослыми, со своими семьями) высланы в Казахстан, Кыргызстан и Сибирь. Только старший сын Герман, ставший солдатом вермахта, избежал репатриации и остался в Западной Германии.

Уже в 1950–60-х годах он начал разыскивать своих сестер и братьев и обратился за помощью в Немецкий Красный Крест (НКК). Благодаря ему почти всех членов семьи удалось разыскать и установить с ними контакт. Тогда Герман начал помогать родным переехать к нему, однако все попытки были безрезультатными. Лишь с конца 1980-х члены разросшейся семьи Шмидт стали переезжать на историческую родину.

Эту историю успеха рассказывает на своем сайте Немецкий Красный Крест и показывает на примере Шмидтов, как именно организация помогала семье воссоединиться. Там же можно найти и бланк заявления для поздних переселенцев. Он необходим людям, ищущим родственников. В анкете нужно указать максимум имеющихся сведений о разыскиваемом человеке.

Конечно, когда после окончания Второй мировой войны НКК только начинал осуществлять поиск этнических немцев, потерявших родных в ходе депортации, репатриации или изгнания, таких онлайн-запросов и электронных баз данных, облегчающих поиск, не было. Работали прежде всего волонтеры. Они собирали информацию об ищущих родных и о тех, кого искали. Это были не только этнические немцы, но и оказавшиеся в плену в ходе Второй мировой войны солдаты. В 1945-м открылись два филиала НКК, занимавшихся поиском: первый во Фленсбурге, потом он был переведен в Гамбург, второй – в Мюнхене. Оба филиала работают до сих пор. За первые пять лет работы они получили 14 млн запросов. На 8,8 млн из них удалось предоставить информацию.

НКК быстро стал первым адресом, по которому обращались этнические немцы в поисках родственников, оставшихся в СССР или в других странах Восточного блока. Немецкий Красный Крест помогал не только найти их, установить контакт, но и вывезти их в Германию. Сделать это было очень непросто. Лишь 0,5% семей от общего числа желающих удалось выехать в 1960–1970-е годы. В НКК была информация о каждом счастливчике. Когда с начала 1990-х в Германию стали ежегодно въезжать десятки тысяч этнических немцев, у сотрудников НКК в несколько раз выросли объемы работы: несмотря на то, что разрешение на переезд получить теперь было легче, вопросов, связанных с этим, меньше не стало.

Эта работа Немецкого Красного Креста с 1953 года финансируется Министерством внутренних дел Германии. В 2017 году было достигнуто соглашение между НКК и МВД, что в обозримом будущем финансирование прекратится. И вот в начале мая НКК распространил заявление, в котором говорилось, что к концу 2023 года он завершит поиск «местонахождения пропавших без вести солдат вермахта, гражданских лиц, военнопленных, интернированных лиц или детей,
разлученных со своими семьями после депортации и изгнания». И это несмотря на то, что судьба 3 млн человек, относящихся к этим категориям, остается неизвестной и по сей день. В связи с этим НКК призвал население «в ближайшее время, но не позднее 31 декабря 2021 года, подать запрос на розыск лиц, пропавших без вести во время войны».

Разыскная служба НКК может предоставить информацию о заключенных в специальных лагерях в бывшей советской оккупационной зоне и в ГДР. В рамках программы обмена данными она получила из российских архивов около 2 млн досье на военнопленных и интернированных лиц, а также около 5 млн учетных карточек из так называемого списка военнопленных Государственного военного архива России. Президент НКК Герда Хассельфельдт считает, что и сегодня изучение таких досье может помочь найти информацию о пропавших родственниках. В прошлом году в связи с лицами, пропавшими во время Второй мировой войны, в разыскную службу НКК поступил 10 091 запрос, а в позапрошлом году таких заявок было порядка 9 тыс. «Мы полагаем, что ввиду 75-летия окончания войны интерес к этой теме возрос, и многие семьи стремятся окончательно выяснить судьбу своих пропавших без вести родственников. Однако такой интерес может снизиться из-за изменения демографической ситуации», – отмечает Хассельфельдт. В 23% случаев разыскная служба НКК предоставляет информацию о местонахождении пропавшего родственника. Что касается немецких военнопленных на территории бывшего СССР, такие данные включают в себя информацию о дате смерти и о последнем месте жительства.

На заявление НКК сразу отреагировали некоторые немецкие политики. Так, Экхард Полс, спикер группы изгнанных, переселенцев и немецких меньшинств фракции ХДС/ХСС в бундестаге, заявил: «Я сожалею о решении НКК прекратить вскоре разыскную деятельность. Ведь потребность немцев получить информацию о судьбах пропавших членов семьи и спустя 75 лет после окончания Второй мировой войны не исчезла. Число запросов, особенно от внуков, выросло в последние годы до 10 тыс. Поэтому я надеюсь, что из гуманитарных соображений решение о приостановке этой работы будет пересмотрено».

10 мая НКК объявил, что «с удовольствием готов вести переговоры с МВД Германии о продолжении своей деятельности по поиску пропавших во время Второй мировой и после 2023  года». «Мы рады, что из бундестага и министерства поступили сигналы о необходимости продолжить разыскную работу. Для этого нам нужна поддержка и бундестага, и МВД в решении финансовых вопросов», – говорит Герда Хассельфельдт. По ее словам, инициатива о прекращении работы исходила не от НКК. При любом раскладе НКК продолжит обработку запросов от беженцев, например Афганистана или Сирии, потерявших связь со своими родственниками. В прошлом году их было более 2 тыс. Многих удается найти благодаря онлайн-поиску Trace the Face.

Tolles Diktat 2024
 
Подписаться на Московскую немецкую газету

    e-mail (обязательно)