Вы выходите в Дюссельдорфе на конечной остановке автобуса и не знаете, в какую сторону идти, – и тут на помощь приходит водитель, который обращается к вам по-русски. Местный супермаркет в Падерборне встретит вас полками с привычными продуктами: семечками, сгущенкой, закрутками. В Пфорцхайме вы записываетесь к русскоязычному врачу, потому что у него будет понятнее и привычнее. В ряде западных городов Германии российско-немецкая повседневность давно стала частью местного колорита.
Российские немцы начали массово переезжать в ФРГ с конца 1980-х. Пик миграции пришелся на 1990-е. На рубеже 2010-х число переселенцев было незначительным, потом оно опять немного увеличилось. Всего в Германию перебрались около 2,4 млн российских немцев.
География первичного приема: куда едут переселенцы
«МНГ» проанализировала статистику распределения поздних переселенцев (более 95% из них – это выходцы из бывших советских республик) по федеральным землям за последние 10 лет. Данные опубликованы на сайте Федерального административного ведомства (BVA). Согласно им, Северный Рейн – Вестфалия принял примерно каждого пятого, Бавария – 15%, Баден-Вюртемберг – 13% переселенцев. В совокупности в западные земли было направлено около 80% всех прибывших. В Берлин – 5%, столько же в Саксонию и в оставшиеся четыре восточные земли – еще около 10%.
Распределение по землям происходит в лагере первичного приема. С 2000 года это только Фридланд в Нижней Саксонии. Здесь сотрудники BVA проводят собеседования, в ходе которых заявитель может указать желаемый регион и обосновать свой выбор. Чиновники в первую очередь стараются направлять людей туда, где уже живут их близкие родственники. В большинстве случаев BVA идет навстречу.
Кёнигштайнский ключ и отмена жестких правил
Однако главное правило распределения – это так называемый Кёнигштайнский ключ (нем. Königsteiner Schlüssel). Каждая федеральная земля обязана принять строго определенный процент мигрантов в зависимости от своей налоговой базы и численности населения. Именно поэтому на Северный Рейн – Вестфалию, Баварию и Баден-Вюртемберг приходится больше половины всех прибывающих: они самые густонаселенные и экономически мощные.
До конца 2009 года в Германии действовал специальный «Закон о месте жительства» (нем. Wohnortzuweisungsgesetz). Он жестко привязывал новичков к месту первичного распределения: любая попытка переезда в другой регион означала потерю права на оплату языковых курсов и социальные выплаты.
С 31 декабря 2009 года эта норма была отменена. Юридически поздние переселенцы получили полную свободу передвижения, как и остальные граждане ФРГ. Однако на практике работает правило местного социального бюджета: если человек претендует на государственную поддержку (пособие по безработице, субсидия на жилье), он обязан оставаться в той коммуне, которая за него платит.
Переехать в другой город без потери выплат можно только при одном условии – найти там работу и стать финансово независимым. Именно этот фактор и запускает механизм вторичной миграции: встав на ноги, люди массово уезжают из менее привлекательных регионов в более привлекательные, туда, где их уже ждут земляки и сложившиеся общины.
Вторичная миграция: переезд с Востока на Запад
Масштаб этого явления хорошо виден на примере восточных земель. Согласно совместному исследованию Экспертного совета по интеграции и миграции (SVR) и Федерального ведомства по миграции и делам беженцев (BAMF) 2021 года, фактически на восточные земли приходится лишь 3% всех поздних переселенцев. Для сравнения: по данным первичного распределения за 2016–2025 годы, туда было направлено около 15% прибывших. Разница в 12 процентных пунктов – это и есть те люди, которые, встав на ноги, уехали на запад.
Но почему именно туда? Вопрос, казалось бы, риторический. Логично, что люди стремятся попасть в регионы, в которых много хороших рабочих мест, а еще и родственников, приехавших ранее.
Однако есть еще и этноконфессиональные причины, благодаря которым на западе Германии сформировались настоящие русско-немецкие анклавы. Об этом подробно рассказывается на сайте Музея истории культуры российских немцев в Детмольде. Один из таких анклавов – город Эспелькамп (Северный Рейн – Вестфалия). Там после Второй мировой войны при помощи американских меннонитских организаций создавали поселения для беженцев-меннонитов из-под Данцига. Сложившаяся инфраструктура спустя десятилетия стала магнитом для меннонитов из СССР, а потом и для их земляков. Сегодня в Эспелькампе доля российских немцев достигает 22,5%.
Ольга Силантьева
