В студии программы „Что делать?“ / Канал «Россия К»
О народе
Гуго Вормсбехер, писатель: Российские немцы считают себя особым народом. Они не являются диаспорой германского народа. Они как бы дитя от смешанного брака. От немецкого народа и от российского. И ментальность включает в себя эти две составляющие. Если мы потеряем свою немецкую ментальность, мы просто ассимилируемся, станем частью российского народа. А если выехавшие в Германию там потеряют свою российскую составляющую, то они там ассимилируются и станут просто гражданами Германии, немцами. Единственная наша возможность сохраниться как народ – это иметь нужные для этого условия в России.
О репрессиях
Ольга Мартенс, первый заместитель председателя Международного союза немецкой культуры: Мы были просто обезглавлены. Борису Раушенбаху повезло. Его Королев вытащил из трудармии, из Нижнего Тагила. Его спасли. А ведь тысячи других не спасли. Наших писателей не спасли, наших ученых. Они погибли. Мы тогда превратились фактически в самый необразованный народ в Советском Союзе. Должно вырасти несколько поколений, чтобы мы опять стали теми, кем мы были когда-то.
О Республике немцев Поволжья
Вячеслав Михайлов, заведующий кафедрой Российской академии народного хозяйства и государственной службы, член Совета по межнациональным отношениям при Президенте РФ: Мы как-то встречались с Аджубеем, зятем Хрущева. И я ему задал вопрос: «Вы когда-нибудь с Хрущевым беседовали, почему с советскими немцами так произошло?». Он сказал, что много обсуждали эту тему. Очень активно Анастас Микоян выступал… Но очень держались за немцев. Они были мощная рабочая сила. И было невыгодно переселять их из Казахстана, из других регионов, где они осели.
О том, что есть
О. Мартенс: Есть закон «О национально-культурной автономии», в рамках которого мы движемся. В большинстве субъектов Российской Федерации существуют общественные организации, объединяющие российских немцев. Это центры немецкой культуры, куда народ ходит с удовольствием. Это те островки, где можно изучать немецкий язык, где можно петь, танцевать. Мы имеем учреждения культуры, немецкий театр в селе Азово – в немецком национальном районе Омской области…
О том, что делать
Аркадий Герман, доктор исторических наук, заведующий кафедрой отечественной истории в новейшее время Саратовского государственного университета: И я, и мои коллеги – а у нас существует Международная ассоциация исследователей истории и культуры российских немцев, включающая представителей девяти стран, – свою главную задачу видим в том, чтобы просвещать население по истории российских немцев. Очень много литературы издается. Мы учебник выпустили – «История немцев России».
О. Мартенс: Общественной самоорганизации недостаточно, чтобы решать проблемы российских немцев. Как общественник я ничего не смогу добиться, если законодательная власть и государство не пойдут навстречу. Нужен общий механизм. Для меня ответ на вопрос «что делать?» – это подходить комплексно.
В. Михайлов: Сегодня наша главная задача состоит в том, чтобы сохранить то, что осталось. Конечно, российские немцы в Германии тоже чувствуют себя неуютно. Есть тоска по родине, по России. Надо использовать и наше желание сохранить российских немцев, и стремление тех немцев не терять эту свою родину. Использовать эту тягу с точки зрения экономики, модернизации в пользу нашей страны.
Г. Вормсбехер: Мы предлагаем государству сегодня по-новому подойти к нашему давнему вопросу – с точки зрения экономических интересов… Допустим, в Калуге создан немецкий автозавод. Или как был создан КАМАЗ? Проект был утвержден, привязан к территории, пригласили работников, возник город. То есть возникли школы, детсады, медицинские учреждения, институты… Если мы пакет таких экономических предложений привяжем к какой-то территории и пригласим туда немцев, то фактически главная проблема российских немцев, которая не решалась 73 года, будет решена. Они смогут жить компактно.
В. Михайлов: У нас есть программа возвращения соотечественников. Уже признают на высоком уровне, что эта программа не работает. Почему? Потому что не нашли ключик к этой программе. Вот то, о чем говорит Гуго Густавович, это есть ключик, и не только для российских немцев. Тогда под эти программы пойдет приток наших соотечественников из Прибалтики, из других регионов. И этот проект может заработать. Если мы будем говорить только о российских немцах, мы попадем в некоторую западню.
Тамара Плетнева-Штрак, заместитель председателя комитета ГД РФ по делам национальностей: Для создания автономии, о которой многие горячие головы до сих пор говорят, «поезд ушел». Прошло очень много лет. Молодое поколение практически не знает свой язык. И молодые люди не поедут даже в место компактного проживания. Немцы, которые уехали от нас, – это мостик установления более тесных, крепких связей с Германией. Рассказывайте о России, стройте центры, приглашайте людей.
Обсуждение программы – на сайте www.rusdeutsch.ru
