Но к счастью, позабыли не совсем, а именно почти. Есть в Германии энтузиаст, историк культуры, занимающийся возрождением имени потрясающей танцовщицы с трагической судьбой, женщины, прожившей хотя и вполне успешную, но очень короткую жизнь, Татьяны Барбаковой (1899–1944 гг.). Неутомимого энтузиаста-исследователя зовут – О жизненном пути и судьбе уникальной танцовщицы Татьяны Барбаковой, которая с 1920-го по 1937 год яркими, самобытными художественно-декоративными танцами сделала себе громкое имя в Германии и соседних странах, может быть, никто со временем бы и не вспомнил, если бы она и ее творчество не были запечатлены в работах многих живописцев, графиков, скульпторов и фотомастеров, с которыми она была знакома, – рассказывает Гюнтер Гёббельс. Современники и друзья Татьяны Барбаковой сохранили не только ее образ, но и письма, дневники, афиши выступлений, газеты, личные документы актрисы. Взволновала ее судьба и нашего современника: в память о танцовщице в 1991 году русский художник Александр Данов (родившийся в Дагестане, а с 1978-го живущий в Дюссельдорфе) написал картину «Поиск следов». Эти свидетельства далекой эпохи и современные экспонаты представлены на выставке, организованной Гюнтером Гёббельсом в дюссельдорфском «Культурном вокзале Эллер». Экспозиция представлена под красноречивым и грустным названием «Татьяна Барбакова. Забытая танцовщица в картинах и документах». Кстати, это – не первая выставка в Германии, посвященная великолепной танцовщице начала прошлого века. – Предыдущие проходили в Городском музее Дюссельдорфа в 1991 году и в Доме Августа Макке в Бонне в 2002-2003 гг., но они, а также выпущенные к ним каталоги были неполны, так как сохранилось очень мало материалов, проливающих свет на биографию Татьяны, – говорит доктор Гёббельс. – К следующей выставке, демонстрировавшейся в течение семи месяцев в 2005-2006 гг. в Дортмунде, собранный материал сопровождался уже обновленным каталогом. Эта работа привела к открытиям благодаря большой помощи рижского ученого-историка Александра Файгманиса. Так, из нового каталога выставки, документов в витрине и настенной информации становится известно, что Татьяна Барбакова родилась в латвийском городке (Латвия тогда находилась в составе Российской империи) под именем Ципора Эдельберг. Вскоре она принимает, наряду со своим родовым, еще и латышское имя – Цилли, что было принято в их местности. Уже в возрасте 10 лет девочка проявила явные способности к танцу, некоторое время посещала балетную школу, однако не продолжила в дальнейшем этого образования. В 1918-м она познакомилась с немецким солдатом Георгом Вальдманом, который в Первую мировую войну служил в Балтии, и последовала за ним в Германию, где они поженились. Со своим супругом, взявшим псевдоним Марсель Буасье, они выступали вдвоем: она танцевала, а он был конферансье. В этот период Ципора Эдельберг тоже взяла себе псевдоним, став Татьяной Барбаковой (Tatjana Barbakoff). Именно эти выступления перед публикой и привели ее к увлечению русскими и китайскими танцами. Ее номера, такие, как «Борьба религий», «Монгольский знаменосец», пародии на дадаизм, кубизм и экспрессионизм, вызывали восторг. С 1921-го она сама оформляла свои сольные выступления как сценограф и сама проектировала и шила свои живописные костюмы для каждого номера и танца. С 1924 года, как следует из представленных на выставке тогдашних афиш и газетных рецензий, Татьяна включает в свой репертуар китайские танцы – наряду с русскими, цыганскими и европейскими. Небывалый успех ее выступлений (а ее приглашали на самые престижные площадки, например кёльнское кабаре Simplizissimus, Corso Cabaret в Дюссельдорфе, Цюрих, Берлин, Локарно…), а также потрясающее личное обаяние и магнетическая энергетика постепенно привлекают к ней внимание многочисленных почитателей ее таланта – крупных художников (например, Отто Дикса), известных фотомастеров, скульпторов и графиков, работавших практически во всех стилях и направлениях — от экспрессионизма до «новой вещественности». Многие из работ погибли в годы войны и известны сегодня лишь по репродукциям. В 1927 году Татьяна и Георг расстались. Несколько лет она выступала во Франции, Нидерландах и Швейцарии. Но затем начались жизненные испытания: после вступления немецких войск во Францию, 10 мая 1940 года, она была интернирована в лагерь de Gurs, откуда в июне того же года была освобождена (Герту Вольхайму чудом удалось ее выкупить) и скрылась сначала в приграничную Италию, а затем, после отступления итальянских войск, снова во Францию, в Ниццу. Там она вновь была схвачена гестапо и переведена (ориентировочно 23 января 1944 г.) в «переходный» лагерь Drancy, что около Парижа, а уже 3 февраля вместе с еще 985 арестованными отправлена в Освенцим. Там, согласно найденным документам, 6 февраля 1944-го Татьяна была убита в газовой камере концлагеря. Ей не было и 45… Три танцевальных костюма, несколько сигаретных коробок – это практически все, что осталось от фантастической жизни чудо-танцовщицы. А еще – десятки фотографий, картин, скульптур и рисунков, запечатлевших ее творческий полет для нас, потомков.
На Западе ее называли «русской чудо-танцовщицей». Но сегодня, увы, ее имя почти забыто и в России, и в Латвии, откуда она была родом, и даже в Европе, хотя в свое время, в 1920-х–начале 1940-х гг., по популярности и таланту ее сравнивали с Айседорой Дункан…
доктор Гюнтер Гёббельс. Живет он в рейнском Нойссе, что вблизи Дюссельдорфа.
Его исследования и обнаруженные документы помогли уточнить не только генеалогию Татьяны Барбаковой, но и под критическим углом пересмотреть существовавшие до сего времени легенды о ее происхождении. В результате многие письма и дневники, а также письменные свидетельства современников танцовщицы, а также указания на художественные произведения, в которых отражена деятельность актрисы, получили новое прочтение. Это помогло в целом уточнить обстоятельства жизни Татьяны, систематизировать даты и факты.
После прихода к власти нацистов, в 1933 году, Татьяна Барбакова бежала из Германии в Париж, где сблизилась с художником Гертом Вольхаймом. Она много позирует фотографу Вилли Майвальду, автору более 60 ее портретов. Многие из них я увидел на выставке в Дюссельдорфе. «Танцы, которые исполняла русская танцовщица, – пишет один из газетных критиков, – в глазах богемы выглядели продолжением революционных экспериментов начала века, «дионисийских» буйств, раскрепощавших тело и душу. В числе ее предшественников назывались члены коммун в Швейцарских Альпах – танцующие нудисты со всего мира – и харизматическая Айседора Дункан, самая знаменитая фигура в этом движении».
