Выведение белых пятен

В ноябре в Омске состоится научно-практическая конференция, которую организует Международная ассоциация исследователей истории и культуры российских немцев. Первая конференция исследователей состоялась 20 лет назад. «МНГ» поговорила с ее участницей Елизаветой Ериной, 43 года возглавлявшей архив в Энгельсе, в 2005 году ставший Государственным историческим архивом немцев Поволжья.

Государственный исторический архив немцев Поволжья

Что было до первой конференции и что стало теперь?

В 1994 году мы собрались впервые на международную конференцию. А в 1989-м была всесоюзная – «Советские немцы – история и современность». До того тема была закрыта. Много лет прошло с тех пор, как немцев выселили. Некоторые уже спрашивали: «Это какие немцы? Это те, что после Первой мировой тут остались или это фашисты?». Когда я в 1966 году пришла на работу в архив, филиал областного, я даже не знала, что это бывший архив немцев Поволжья. В перестройку произошло открытие этой темы. На конференции в 1994 году рассматривались проблемы немцев на Дону, Кавказе и в Поволжье. Обсуждались вопросы истории и теории расселения немцев, их вклад в историю культуры, начиная с XVII века. Игорь Плеве делал доклад о манифесте Екатерины II, Николай Бугай – впервые о депортации, правда, только о депортации с юга России.

Отдельно рассматривались вопросы культуры, быта, традиций и религии. К примеру, я впервые написала историю Немецкого государственного педагогического института. Эти конференции были первой попыткой собрать людей, которые интересуются историей и культурой немцев России, что было очень ценно. С тех пор появилось много значимых ученых, занимающихся этой темой. Создана Международная ассоциация исследователей истории и культуры российских немцев. Выходят книги. По нашей инициативе выпущена энциклопедия «Немцы России».

Каждый ли народ имеет свою энциклопедию? А немцы имеют. Это большое достижение.

Какой период истории российских немцев является наименее изученным и какой – наиболее?

Очень много изученных и раскрытых тем. Но этот процесс не может прекратиться. Нельзя сказать, много или мало осталось. Работая в архивах, мы каждый раз открываем для себя что-то новое и еще будем открывать. Если взять наш архив, менее изучены фонды, касающиеся статистики. Изучив их, мы можем узнать много нового. Или другой пример: только в этом году мы начали изучение документов о Первой мировой войне. Хорошо бы, чтобы появились энтузиасты, которые имели бы время и возможность работать в архивах. Сейчас в архиве занимаются, в основном, своей генеалогией. У нас читальный зал всего на 6 мест, и он никогда не пустует. Приезжают из Германии, из Америки. Направляют генеалогические запросы в наш адрес, и мы их исполняем. Интерес к этому велик. Генеалогия – тоже история немцев. И это направление будет развиваться и дальше.

В России последнее время ведутся дискуссии на тему единого учебника истории. Возможен ли подобный учебник по истории российских немцев? Или им уже является вышедшая в 2005-м «История немцев России»?

Я всегда говорю: один ум хорошо, а полтора лучше. У одних ученых один подход, у других – иной. Но есть другая сторона медали: насколько такой учебник будет востребован, где и кем он будет использоваться?

Сегодня снова заговорили о реабилитации российских немцев…

Да, и возникли разговоры: «Крымские немцы будут реабилитированы, а наши нет. Полная реабилитация – это восстановление автономии на Волге». Но для кого автономия? Основная часть немцев – уже в Германии. Восстанавливать в прежних границах невозможно. У меня есть работа «Почему Покровск стал столицей области немцев Поволжья». Я писала, что первая немецкая автономия была создана из трех разрозненных уездов – по левой стороне Волги и по правой. Территориально они не были объединены. И если бы город Покровск, вокруг которого находились украинские, русские, татарские села, не согласился на предложение Москвы и самой автономии войти в нее, не было бы единого административно-территориального деления. Когда в 90-е годы немцы подняли вопрос о восстановлении автономии, некоторые представители движения обсуждали эту тему со мной как с директором архива. Я им уже тогда сказала, что восстанавливать автономию в прежних пределах неправильно. И сейчас я остаюсь при своем мнении. Я вижу реабилитацию в другом. Если бы власть взяла на себя мужество признать, что указ 1941 года действительно был огульным и должен был быть отменен, меньше спекулировали бы на эту тему. Это стало бы полнейшей реабилитацией. Для многих немцев не автономия важна, а моральная реабилитация.

Беседовала Юлия Ларина

Елизавета Ерина / Из личного архива

За годы работы Елизаветы Ериной в архиве в Энгельсе перестроено здание, накоплен обширный комплекс документов за 1806–2000 годы. Ерина награждена высшим орденом Германии 1 класса за особые заслуги перед ФРГ (2007).

Золотой архивный фонд

К юбилею Елизаветы Ериной

Елизавета Ерина отмечает 12 октября 80-летие. Она родилась на Украине. Во время войны была эвакуирована на Волгу. Так она оказалась на территории бывшей Республики немцев Поволжья. В январе 1966 года Ерину назначили директором Энгельсского филиала Саратовского архива. «МНГ» публикует отрывок из текста Ирины Черказьяновой.

…Судьба связала ее с архивом, который оказался бывшим Центральным архивом АССР немцев Поволжья, но об этом будущий директор ничего не знала. Она пришла в здание бывшего хлебного амбара с одной рабочей комнатой, в которой огромная печь топилась дровами. Архивно-технические сотрудники в валенках и телогрейках постоянно подходили к печке, чтобы согреть руки. Для того чтобы попасть в хранилища, необходимо было выйти на улицу, открыть на морозе амбарные замки и металлические двери, найти нужные связки документов, с которыми им предстояло работать. Хранилища не только не отапливались, деревянные стеллажи были установлены на междуэтажном настиле, устроенном из двадцатимиллиметровой доски. К делам по ним было опасно подходить.

Освещение в хранилищах было выполнено по временной схеме. Позднее Елизавета Моисеевна вспоминала, что после работы в комфортных условиях в облоно, не только работать, но и находиться в таких условиях не было желания. Видимо, молодость, закалка военного лихолетья, умение трудиться заставили не спасовать перед трудностями. Так, в первый же год работы ей удалось за счет средств на капитальный ремонт, не использованных другими архивами, пристроить к существующему зданию 72 кв. м площади, где разместились кабинеты стола справок, директора и методиста, а также научно-справочной библиотеки. Далее было проведено паровое отопление в рабочую комнату и пристройку от котельной городского парка, которая работала на угле. Позднее котельную удалось перевести на газ. К этому времени директор уже изучила состав и содержание архивных фондов, поняла всю значимость хранящихся документов и осознала трагическую судьбу поволжских немцев. И появилась у молодого, неопытного руководителя совершенно нереальная в те годы мечта: привести в порядок хранилище, собрать воедино документы, переданные в послевоенные годы в разные архивы…

Статья будет опубликована в научно-информационном бюллетене «Российские немцы».

 

Комментарии

Комментариев

Подписаться на Московскую немецкую газету

    e-mail (обязательно)

    Добавить комментарий

    Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *