Особый взгляд: аспирант Иоганн Меркель о Культурно-историческом семинаре

Новости, экспертные колонки, конспекты выступлений, отчеты о проектах рабочих групп – «МНГ» в разных жанрах рассказывала о семинаре, который с 2016-го проводят Международный союз немецкой культуры и Институт этнокультурного образования. В этот раз мы хотели сменить ракурс.

До семинара

Опираясь на программу, в которой значились 30 выступлений молодых исследователей по истории, культуре, этнографии и языку российских немцев и более десятка докладов маститых экспертов, мы выбрали будущего героя материала. 10-минутное выступление Иоганна Сергеевича Меркеля из Омска на тему «Адаптация и травматический опыт немецких переселенцев в Россию в период правления Екатерины II» стояло первым после всех приветствий организаторов и импульсных рефератов. Нас привлекло имя – за годы работы с темой российских немцев молодого Иоганна встречаем впервые. До Великой Отечественной имя было популярным среди советских немцев. Потом многие Иоганны становились Иванами, а детям своим старались не давать это имя. Хотели спросить Меркеля: каково это – носить его?

Запросили у организаторов тезисы выступления. И именно тогда нас предупредили: у Иоганна, преподавателя колледжа при Омском государственном аграрном университете им. П.А. Столыпина, есть некоторые ограничения по здоровью: он незрячий. Стало только интереснее.

В начале семинара мы договорились с Иоганном об интервью. Оказалось, что он привык к вниманию СМИ – в Сети можно найти статьи про него как ученого, как участника проектов самоорганизации российских немцев. СМИ интересовались его мнением о тактильной плитке в Омске (на эту тему несколько материалов вышли) или поддержке местных кадровых центров, оказываемой соискателям с инвалидностью.

Об имени и фамилии

У нас же свои вопросы. «Мама говорила, что меня хотели Васей назвать», – отвечает Иоганн. Но родился он слабеньким, много болел, поэтому в семье решили: нужно сильное имя. Так ли это на самом деле, Иоганн не знает. «Жена видела фотографии из семейного альбома, одна из них была подписана „В ожидании маленького Иоганнчика“. Может, сразу хотели, чтобы я был Иоганном. В детстве было непривычно. Вокруг Маши, Пети, Саши. Ну почему меня не зовут нормально? Только к концу школы я понял, что это неплохо: никто не перепутает. Дети в колледже, в котором я сейчас преподаю, помнят имена троих педагогов, в том числе мое».

А вот фамилия у него по немецким меркам распространенная. Да, вопросы по поводу родственных связей с экс-канцлером Ангелой Меркель, конечно, ему задавали. Поэтому, представляясь, Иоганн раньше сразу предвосхищал расспросы: «Не родственник».

Фамилия досталась от деда по отцовской линии. В 1941-м его выселили из Поволжья в Казахстан. Работал токарем. Местные власти в какой-то момент решили приговорить его к смертной казни. Но колхозу позарез нужен был специалист, поэтому милиционер Баранов и председатель колхоза Вовченков подделали документы, и токарь остался в живых. В трудармии он не был – а как, если по бумагам его и не существовало?

И преподаватель, и аспирант

В конце 1980-х многие Меркели переехали в Германию. Там же живет и отец Иоганна. Он тоже незрячий. Иногда отец и сын обсуждают особенности жизни в России и Германии для незрячих. Сам Иоганн считает, что в случае переезда ему бы пришлось осваивать научный немецкий – всё-таки он преподает историю, обществознание, право. Немецким он владеет на уровне А2. Но практики говорения не хватает.

«Да и дети там другие, что греха таить, много мигрантов. Родители по-разному относятся к некоторым темам, нужно уметь лавировать», – добавляет он. Как-то Иоганн спрашивал нейросеть, смог бы он работать в Германии. Она ответила положительно. «Но алгоритм может ошибаться. Я боюсь не состояться в профессии, а на пособии сидеть не хочу», – говорит молодой преподаватель. Свою работу любит. Считает важным научить студентов видеть причинно-следственные связи. Ученики его уважают. Даже когда в школе работал, никто гадостей не делал.

Кроме того, Иоганн Меркель – аспирант Омского государственного педагогического университета. В альма-матер он пишет диссертацию на тему «Социум и политические институты Российской империи в рецепции иностранных путешественников и дипломатов XVIII – начала XX века». Благодаря участию в Культурно-историческом семинаре, говорит Иоганн, увидел «новые смыслы». Теперь планирует проанализировать и процесс восприятия России немцами-колонистами.

Иоганн Меркель о семинаре

После своего выступления Иоганн ждал небольшого обсуждения, новых вопросов и более жестких комментариев экспертов, чем те, что прозвучали. Однако плотная программа мероприятия позволяла вернуться к теме для более предметного разбора уже в кулуарах.

Нынешний формат, считает Иоганн Меркель, устарел: слушать 40 выступлений на разные темы в течение трех дней сложно. «Я привык, но молодым участникам было непросто сфокусироваться», – признался нам Иоганн в последний день семинара. Он предлагает менять формы работы: лекции до обеда, выступления и обсуждение докладов после обеда, интерактив вечером. «Хотелось бы, чтобы было поживее». Само мероприятие он считает полезным.

Участники Культурно-исторического семинара (Фото: Татьяна Розенцвит)

Иоганн Меркель не видит глазами. Но он видит причинно-следственные связи истории, чувствует нюансы адаптации, слышит то, что другие пропускают. Возможно, именно такой взгляд и нужен сегодня, чтобы история российских немцев стала не просто набором дат, а живой памятью.

Ольга Силантьева