Он из Германии туманной привез учености плоды…

Известно, что культурные контакты между Россией и Германией имеют многовековую историю. Многогранностью отличаются связи двух стран и в наши дни. Одним из многих примеров может служить творческая биография теперь уже всемирно известного русского дирижера Владимира Юровского, становление которого произошло в Германии.

На состоявшийся этой весной в Москве концерт Государственного симфонического оркестра имени Светланова под управлением его художест­венного руководителя Владимира Юровского билеты были проданы еще зимой. Поэтому те бедняги, кому билеты не достались, уже за час до начала концерта толпились у входа в Зал имени Чайковского и громко заявляли о своей готовности купить случайно оказавшийся лишним билетик. Всего каких-нибудь пять лет тому назад не известный широкой российской публике дирижер теперь вызывает у нее огромный интерес как изысканностью и оригинальностью предлагаемых им программ, так и почти медитативной глубиной их исполнения. Будучи просветителем по призванию, Владимир Юровский часто включает в свои программы новую русскую и западную музыку, в которой, по словам композитора В. Сильвестрова, «на смену формам, отражающим жизнь, приходят формы, комментирующие ее». Справедливости ради следует еще добавить, что Владимир Юровский молод, красив и обладает редким обаянием. Словом, не видеть этого дирижера означает лишить себя большой дозы ярких впечатлений, но и важной и интересной информации.

Владимир Юровский родился в музыкальной семье. Его прадед был дирижером, дед — композитором. Его отец — Михаил Юровский, дирижер с международным авторитетом, в 1989 году получил приглашение от дрезденской «Земперопер» на постоянную работу. В 1990-м году семья Юровских переехала жить в Германию.

К этому времени Владимир Юровский окончил третий курс теоретического отделения Академического музыкального колледжа при Московской государственной консерватории им. П.И. Чайковского. Оказавшись в Германии, он сразу же поступил учиться в Высшую музыкальную школу в Дрездене по классу практики дирижирования и оперного репетиторства, то есть резко изменил профессию. После этого молодой музыкант продолжил учебу в берлинской Высшей музыкальной школе имени Ганса Эйслера.

Конечно, жизнь не была легкой. Буквально с первого дня нужно было начать осваивать немецкий язык, при этом овладеть им следовало до такой степени, чтобы свободно понимать, что говорят профессора на лекциях, а также иметь доступ ко всем темам в разговорах и дискуссиях с коллегами. Знание языка было абсолютно необходимым и для того, чтобы освоить чужую культуру как свою собственную. Несколько лет ушло у молодого человека на изучение немецкой музыки, которую, как выяснилось, невозможно понять, не изучив историю Германии и немецкую философию. Напряженная, заполненная трудом жизнь принесла свои плоды. Уже через три года Владимир Юровский вполне был готов к работе ассистентом у своего отца — в оперных театрах Берлина и Дрездена. Он успешно проводил репетиции с певцами хора и солистами в «Земперопер», а в берлинском театре «Комише опер» произошло однажды то, что, казалось бы, бывает только в фильмах.

Михаил Юровский рассказывает, что в один прекрасный день он должен был дирижировать в «Комише опер» балетом Леруа «Три мушкетера». Из-за какой-то ошибки в планировании репертуара оказалось, что в этот же вечер он должен был быть в Дрездене. Театр «Земперопер» был его постоянным местом работы, поэтому отменить там спектакль было невозможно. Тогда Михаил Юровский предложил интенданту «Комише опер» в качестве дирижера на один вечер Владимира, который прекрасно знал и партитуру, и все, что происходило в этом балете на сцене. Интендант считал такое предприятие слишком рискованным и на замену не соглашался. Михаил Юров­ский настаивал, и тогда решили, что окончательный вердикт вынесет оркестр. Владимиру была предоставлена оркестровая репетиция, в результате которой оркестранты приняли нового дирижера. Их новоиспеченному руководителю был тогда 21 год.

А потом опять был упорный труд и в качестве награды — успешная карьера. В 1995 году состоялось первое выступление Владимира Юровского на международном уровне. Его дебют с оперой Римского-Корсакова «Майская ночь» на Вексфордском фестивале в Ирландии имел мировой резонанс. В 1996 году Владимир стал постоянным дирижером в «Комише опер». В 2001 году он дебютировал с Лондонским филармоническим оркестром на Глайндборнском оперном фестивале, который является одним из самых престижных проектов мира. В том же году он был назначен на пост художественного руководителя этого фестиваля. После выступления в Глайндборне пресса писала, что между Лондонским оркестром и дирижером любовь возникла с первого взгляда. С тех пор Юровский сотрудничает со многими ведущими оперными сценами и оркестрами мира. Что касается России, то здесь он начал работать в 2002 году, став членом дирижерской коллегии Российского национального оркестра. С 24 октября 2011 года Владимир Юровский является художественным руководителем Государственного академического симфонического оркестра России имени Светланова.

Владимир Юровский, по его собственным словам, — человек русской культуры, освоивший немецкую культуру как свою собственную. И именно он нередко, отвечая на пресс-конференциях на вопросы журналистов, рассказывает им о перекрестках двух культур. Так случилось и на пресс-конференции, которая состоялась перед последним концертом Светлановского оркестра, в рамках которого были исполнены «Героическая» симфония Бетховена в редакции Малера, «Пассакалия» Веберна и «Концерт для скрипки с оркестром» Берга. Оказалось, что «Героическая» симфония Бетховена имеет интересную историю в России.

В 1902 году Густав Малер дирижировал в Петербурге оркестром Мариинского театра и привез туда свою незаконченную версию бетховенской симфонии. После концертов в Петербурге в библиотеке мест­ной Филармонии остались записанные рукой Малера (или его копииста) отдельные партии, среди которых была, например, партия четвертой валторны, в то время как у Бетховена валторн всего три. Эти введенные Малером оркестровые голоса разошлись по России, и музыканты, в том числе и в советское время, сами того не подозревая, играли в бетховенской симфонии малеровские ретуши. Кроме того, многие ученики Малера — такие немецкие дирижеры как Оскар Фрид, Герман Шерхен, Отто Клемперер часто гастролировали в России и исполняли произведения Бетховена по-малеровски. Поэтому русско-советская традиция исполнения Бетховена основывается на малеровской школе.

Малеровская версия исполнения музыки Бетховена идеально сочетается с произведениями композиторов нововенской школы — Альбана Берга и Антона Веберна. И здесь возникает еще одна связь с Россией. Дело в том, что Веберн в последние годы перед захватом власти нацистами читал лекции о Бетховене, в которых анализировал его произведения уже с точки зрения завоеваний нововенской додекафонной школы. (Эти лекции повлекли за собой целую революцию в музыкознании). Среди людей их слушавших был австрийский композитор Филип Гершкович, который потом бежал от нацизма и нашел пристанище в СССР. Именно у Гершковича в 60-е годы училось все поколение русских композиторов-модернистов — А. Шнитке, Э. Денисов, С. Губайдулина, В. Сильвестров и многие другие Это было как бы антисоветское музыковедение в самом сердце Советского Союза.

Владимир Юровский — абсолютно современен, он являет собой образец человека XXI века и одновременно (вот странность!) он во многом похож на пушкинского Ленского, кстати, — тоже Владимира. Судите сами: …«С душою прямо геттингенской/ Красавец в полном цвете лет/ Поклонник Канта и поэт/ Он из Германии туманной/ Привез учености плоды/ Вольнолюбивые мечты/ Дух пылкий и довольно странный/ Всегда восторженную речь/ И кудри черные до плеч»…

Совпадение, разумеется, не полное, но в то же время может быть свидетельством непрерывности многовековых культурных связей двух стран.

Комментарии

Комментариев

Подписаться на Московскую немецкую газету




e-mail (обязательно)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *