Русскость как состояние души

Среди однотипных многоэтажек в спальном районе Хаузен Франкфурта-на-Майне спрятался храм святителя и чудотворца Николая. Он был построен в 1967 году на манер Свято-Троицкого собора в Пскове. В храме ведутся богослужения на русском и немецком языках. В числе служителей – священник Георгий Полочек, немец, принявший православие. Автор «МНГ» с ним встретился.

Храм святителя и чудотворца Николая во Франкфурте-на-Майне / wikimedia

Отец Георгий, почему вы стали православным верующим и даже священником? Вы выросли в католической семье. Что произошло в вашей жизни? Вы разочаровались в католичестве?

Я бы не стал так говорить. Если человек принял православие, это не значит, что он разочаровался в католичестве… Дело совсем в другом! Прихожанином этой церкви я стал уже в конце семидесятых годов, хотя формальный переход из католичества в православие произошел только в 1994 году. Уже при первом знакомстве с церковью, ее общиной, во время первых богослужений мне стало понятно, что православие – моя вера, моя семья, мой путь к Богу. У меня была возможность познакомиться в Германии и с другими православными церквями: греческой, румынской, болгарской. Но именно русское православие близко моему сердцу. О католической церкви за всю свою жизнь я не сказал и не скажу ни одного дурного слова… На все воля Господа. Господь хотел, чтобы я вырос в католической семье, в юности был прихожанином католической церкви. И Господь привел меня в православие.

Священник Георгий Полочек / Илья Бруштейн

Расскажите немного о себе.

Я родился в 1954 году в Баварии, в окрестностях Аугсбурга. Был активным членом католической общины. После школы получил профессию садовника, потом окончил вуз и стал инженером по озеленению. С 1986 года работаю в Министерстве сельского хозяйства и продовольствия земли Гессен. В 2008 году стал чтецом  нашей общины. В 2012 году меня рукоположили в диаконы. 24 февраля 2019 года состоялось рукоположение во священники. В качестве иерея считаю себя, в первую очередь, не духовным руководителем, а помощником членов общины в деле духовного спасения. Если человек хочет спасти свою душу, если он ищет путь ко Христу, то иерей может, по мере своих сил, помочь ему на этом пути.

Получается, церковную службу вы совмещаете со светской работой?

Да, и так вынуждены поступать многие священнослужители – они не получают зарплаты. Впрочем, светская работа доставляет мне удовольствие. Я имею дело с садоводством, с озеленением городов. Посадив семя, можно вырастить прекрасный цветок. Также происходит и в духовной жизни. Мы сажаем семена в душах людей, надеясь на преображение человека, на вечную жизнь его души.

Во франкфуртской общине много немцев. Что они находят в православии?

Могу ответить на основании бесед с нашими прихожанами. Их восхищает красота, торжественность, мелодичность православного богослужения. Кроме того, в католической и евангелической церквях служба обычно длится не более получаса. Очевидно, что за это время люди просто не успевают «отключиться» от своих каждодневных дел и забот, задуматься о Христе…

В общине многие немцы приняли христианство под влиянием нашего настоятеля, удивительного человека, одного из виднейших представителей русской эмиграции протоиерея графа Димитрия Игнатьева. Его отец, граф Леонид Игнатьев, до своей кончины в 1974 году был первым настоятелем общины. Строительство церкви во многом является его заслугой. Димитрий Игнатьев продолжил дело отца и является духовным лидером нашей общины уже 45 лет. Моя задача как второго священника храма состоит в том, чтобы помогать настоятелю, частично «разгрузить» его в приходских делах. Батюшке уже 85 лет, но он продолжает служить, часто выступает с лекциями о православии на немецком и русском языках. Их приходят послушать не только православные верующие. Я стремлюсь помочь настоятелю в миссионерской работе.

Среди прихожан немало и русскоязычных.

При всей нашей интернациональности церковная община была и остается русской. Став православным, я тоже почувствовал себя русским. И это чувство усиливается за годы и десятилетия. Думаю, что «русскость» – это не только национальность, но и состояние души. Хотя, к стыду своему, я пока еще довольно плохо говорю по-русски, надеюсь исправиться! Гораздо лучше я освоил церковнославянский язык. У нас в храме богослужения проходят на церковнослявянском и немецком языках, проповеди: на русском и немецком. Я проповедую по-немецки. Каждый год у нас появляется немало новых лиц. На воскресные службы приходят по 100–200 человек, в праздники – около полтысячи. И в будни всегда можно встретить людей. Репетирует хор. Проходят занятия с детьми, у нас есть воскресная школа.

Община занимается социальной работой?

У нас есть члены общины, которым требуется помощь: пожилые, инвалиды. Есть люди, которые недавно переехали в Германию и еще не успели обустроиться. Им тоже важно помочь. У нас нет социального работника, хотя потребность в нем очень большая. Вообще, в общинах Русской православной церкви за границей не только во Франкфурте-на-Майне, катастрофически не хватает штатных сотрудников. Практически вся работа выполняется на общественных началах. Многие наши прихожане живут далеко от храма. У них нет личного автотранспорта, им сложно приезжать на службы в силу возраста или болезней. Если бы имелась социальная служба с соответствующим бюджетом, то нуждающихся можно было бы централизованно привозить в храм и отвозить домой. Не только на церковные службы, но и на концерты, лекции, праздники. В храме проходит много интересного! Пока это только мечты… Но люди помогают друг другу: подвозят, уделяют время нуждающимся.  Они делают это, повинуясь христианскому долгу.

Беседовал Илья Бруштейн

Комментарии

Комментариев

Подписаться на Московскую немецкую газету




e-mail (обязательно)