Кто там за дверью?

В Музее истории ГУЛАГа открылась постоянная экспозиция. Теперь это один из самых современных и интерактивных музеев страны, побывать в котором стоит каждому и не один раз.

Зал дверей / Музей истории ГУЛАГа

Любава Винокурова

Музей открылся в нынешнем его здании в 1-м Самотечном переулке в 2015 году. Заброшенное общежитие метростроевцев отремонтировал город, причем была использована интересная технология: здание облицевали медными панелями, которые с течением времени потемнели. Получился такой дом скорби: посетителей как бы заранее готовят к тому, что им предстоит увидеть. Музей по эстетической организации пространства похож, но во многом и превосходит Документационный центр в Нюрнберге, рассказывающий о приходе к власти нацистов.

Новая концепция экспозиции московского музея строится на историях людей, переживших репрессии – меньше документов, больше личных вещей и возможностей самому поработать с историческим материалом – потыкать в интерактивную карту лагерей, послушать рассказы, посмотреть видео и попробовать составить запрос на получение личного дела своих родных. «Тема репрессий в любом случае останется травматичной, но хочется чтобы она была хотя бы проговариваемой, – говорит координатор экскурсионных программ музея Алексей Трубин. – Одна из целей музея создать здесь пространство для общественного диалога».

В экспозиции много личных вещей, которые в музей приносили потомки репрессированных / Музей истории ГУЛАГа

Диалог с посетителями музей строит в хронологическом порядке от «Красного террора» большевиков до депортации народов во время Великой Отечественной войны. Знакомство начинается с зала дверей, и это, пожалуй, одна из самых впечатляющих инсталляций. Подгнившие двери лагерных бараков, облезлые – тюремной камеры или совсем жуткие, последние в жизни, двери подвала «расстрельного дома» на Никольской – это все порталы в параллельную реальность, о которой большинство советских граждан не знали, пока однажды ночью в их квартире не раздавался дверной звонок. Есть в зале и нормальные квартирные двери, например из дома на Котельнической набережной, не сразу понятно, почему они здесь. Позже Алексей Трубин на экскурсии расскажет, что двери эти выпиливали заключенные лагерей, построившие эту и еще шесть сталинских высоток.

Как возникли эти двери? Экспонаты музея расскажут о начавшемся после покушения на Ленина «красном терроре», а затем «обновлении» уголовного кодекса и появлении в нем 58-й «политической статьи», поставившей репрессии на конвейер. Как показать цифру в 700 тысяч расстрелянных? Заполнить гильзами пол одного из залов, а на стенах разместить изображения убитых.

Отдельный зал посвящен истории (и ужасам) Соловецкого лагеря: «гуманнее» было получить расстрел, чем отправиться на Соловки. Именно здесь придумали использовать труд заключенных как экономический ресурс (осужденные валили лес, его продавали в Европу) и распространили эту систему на все лагеря.

«Знаете, какой самый важный «аксессуар» был у заключенных? Консервная банка. Из нее можно было сделать ложку, рабочий инструмент, она же становилась и похоронной меткой: ей обозначали место захоронения», – объясняет Алексей Трубин. И таких «находок» в музее масса, как и сохранившихся по счастливой случайности писем и открыток заключенных. Причем, есть письма и не в совсем традиционной форме, например, на кусках женской нижней юбки. Их музею передала Майя Драгунская, дальняя родственница писателя Виктора Драгунского. Ее мама, Изабелла Григорьевна, смогла бросить письма из товарного вагона, увезшего ее в Карагандинский лагерь как жену «врага народа». Специально выделена экспозиция, посвященная женам, их отправляли в лагеря вместе с малолетними детьми. Заштопанные чулочки, самодельные игрушки, сшитая из подручных материалов одежда маленького размера выбьют слезу из кого угодно.

Горстка земли с Поволжья

В зале о репрессированных народах можно узнать и о российских немцах. «В 1920-е годы существовала республика, о которой сегодня слышали немногие, потому что она была стерта с лица земли, речь о Республике немцев Поволжья. Всех ее жителей выселили в наказание за то, что делали их соплеменники в фашистской Германии» (прим. постоянные читатели «МНГ» знают, что это была лишь одна из причин), – продолжает рассказ Алексей Трубин. Немцы оказались в числе шести депортированных народов (выселены были также чеченцы, ингуши, чуваши, калмыки, балкарцы, крымские татары). В память об этой жестокости в музее хранятся горстки земли с малой родины, у немцев это, конечно, Поволжье.

В 1950-е репрессии постепенно стали сходить на нет, прежде всего по экономическим причинам: ГУЛАГ требовал огромное количество ресурсов, которых у страны в послевоенное время не было. Более чем за 20 лет существования ГУЛАГа через его систему прошли около двадцати миллионов человек, каждый десятый остался в лагере навсегда. Тысячи имен реабилитированных можно услышать в специальной комнате – последней в музее.

 

Комментарии

Комментариев

Подписаться на Московскую немецкую газету




e-mail (обязательно)