В одном рою

Депутат городского совета Аугсбурга Юрий Хайзер в свободное время занимается пчеловодством. Участники IV Культурно-делового форума «Сделано немцами из России» побывали у него в гостях – на пасеке Heisers Bienenchor.

У Хайзера живет 35 пчелиных семей / Юлианна Мартенс

Любава Винокурова

Название пасеки Heisers Bienenchor переводится как пчелиный хор Хайзера. В хоре Юрия «поют» 35 семей, в каждой такой семье живет около 60 тыс. пчел. Небольшая «пчелиная ферма» у леса досталась Хайзеру случайно.

В Германии пчеловодством может заниматься каждый, а если в хозяйстве больше 70 ульев, то пчеловод получает официальный статус фермера и может рассчитывать на поддержку местных властей.

Юрий Хайзер не фермер, он государственный служащий, но о его любви к пчелам знают и соседи, и коллеги. Хайзер – российский немец, он эмигрировал в Германию из России в 1991 году, в 93-м оказался в Аугсбурге, искал подработку. Через знакомого узнал, что на пасеку требуется человек, который мог бы покрасить пчеловодческий домик (практически историческое здание, его построили в 1937 году). «Мы с братом его ошкурили, покрасили. Хозяин остался доволен. Прошло около 20 лет. Как-то он ко мне подходит и спрашивает, не знаю ли я кого-нибудь, кто бы перенял этот участок. Я ответил, что знаю – это я», – вспоминает Хайзер.

Юрий Хайзер (в центре) рассказывает участникам форума, как устроена его пасека / Юлианна Мартенс

У Юрия был опыт общения с пчелами, еще в России его семья держала около 200 ульев. Сегодня на немецкой пасеке пчел меньше, зато мед экзотичнее. «Оглянитесь вокруг – какая красота! Какая насыщенная зелень, но что взять пчелам с этой зелени? Здесь же ничего не цветет!», – восклицает Хайзер. Пчелы, конечно, голодными не остаются, приспосабливаются: опыляют окружающие пасеку рапсовые и кукурузные поля и «заходят» в лес. В лесу они едят продукты пищеварения тли. Тля селится на хвойных деревьях, которые служат ей не только домом, но и едой. В процессе «сотрудничества» пчел и тли получается специфический лесной мед, по вкусу которого вряд ли догадаешься о его происхождении. Весной Хайзер также собирает мед с цветущих плодовых деревьев и одуванчиков, а летом – разнотравье.

На пасеке Юрия живут пчелы породы «карпатка» (да, пчелы бывают разных пород), они миролюбивые, но меда приносят не очень много – около 30–40 кг с семьи в год. Излишки Хайзер продает, но ниже рыночной стоимости, потому что для него пчеловодство не бизнес, а увлечение.

У пасечника есть свой рейтинг ценности пчелиных продуктов. На первое место он ставит маточное молочко – «его ест пчеловод и его друзья». На втором месте – пчелиный яд. «Кто-то его добывает специальными способами, а я «собираю» его сам, вот вчера 15 укусов поймал, пока снимал с дерева пчелиный рой. Знаете, я в начале весны даже стал замечать, что чего-то не хватает. А чего не хватает, понять не мог. Потом, когда первые укусы получил, понял, что не хватает именно этих ощущений», – признается Хайзер.

Кстати, в Германии за своим пчелиным роем, если он «сбежал», можно отправиться куда угодно и даже взломать дверь в чужой дом. Правда, ущерб потом придется возместить, но рой никто не отберет. На третьем месте у Юрия – мед и перга. Он советует покупать мед в том регионе, в котором вы живете, чтобы не было аллергии и лишнего стресса для организма.

Комментарии

Комментариев

Подписаться на Московскую немецкую газету




e-mail (обязательно)