Стена пала

Подробнее о значении встречи Папы Римского Франциска и Патриарха Кирилла, а также о жизни российских католиков мы поговорили с епископом Иосифом Вертом, ординарием Римско-католической Преображенской епархии в Новосибирске.

issuu.co

Владыка, оправдала ли эта встреча ваши ожидания?

Несомненно! Это замечательно, что встреча вообще состоялась. Было положено начало диалогу между главами двух крупнейших христианских конфессий. «Встреча прошла в братском духе, — сказал понтифик. — Мы говорили открыто и без недоговорок». Все мы знаем, что так звучат обычные протокольные слова, но это была реальная встреча братьев во Христе, за которым стоят миллионы их прихожан.

Почему встреча все-таки состоялась в Гаване, да еще в аэропорту?

В СМИ этот факт уже объяснялся. На то были деловые причины. Папа летел в Мексику. Патриарх Кирилл тоже отправлялся в Латинскую Америку, и надо было просто согласовать стыковку их рейсов. Но на самом деле значение этого события намного больше, чем случайное совпадение маршрутов. В Москве встретиться, наверное, было бы сложно. В Риме тоже. Надо было выбрать нейтральную территорию. Любая страна Европы таковой быть не может. Самая нейтральная территория  — это Куба. Мне бы и в голову не пришло выбрать эту страну. Но есть умные люди, которые решили провести встречу именно там. И это был самый правильный выбор.

Как мы знаем, кроме совместного заявления были приняты некоторые конкретные решения, например, о совместной паломнической деятельности?

Была подписана декларация. Это замечательный текст. В ней нет перечисления конкретных шагов или мероприятий, но там обозначен дух, в котором Католическая и Русская православная церкви хотят двигаться вместе. И в этом духе можно уже думать об организации паломнических проектов и о многом другом. Это и будет продолжением начатого в Гаване диалога. Самым плохим в отношениях между нашими церквями за последнее десятилетие было как раз то, что мы не встречались. А если и встречались священники или архиепископы, то об этом нельзя было говорить и сообщать прессе. Каждый раз участники встреч просили: только не фотографируйте нас и не пишите об этом в СМИ. Было впечатление, что происходило что-то неприличное, какое-то преступление. И вот после встречи двух лидеров эта стена упала.

Уже давно существует пример плодотворной совместной работы священников Римско-католической и РЦП в итальянском городе Бари. Там в церкви Николая Чудотворца есть два алтаря, где служат представители обеих конфессий. Есть ли еще подобные примеры?

Конечно. Это в первую очередь Святая земля. Там наши общие святыни. Например, Храм гроба Господня в Иерусалиме. В нем несколько крупных христианских конфессий имеют свои алтари, в которых они служат.

Какова сейчас ситуация с католиками в России? Сколько приверженцев в России? Много ли среди них российских немцев?

Мы не ведем никакой статистики. Когда меня спрашивают, сколько католиков в России или в моей Преображенской епархии, я могу лишь приблизительно сказать о ее национальном составе. Я знаю, что третья часть российских немцев имеет католические корни. За 70 лет государственного атеизма, к сожалению, подавляющее большинство населения бывшего СССР потеряло связь с верой предков. Сегодня большая часть российских католиков все же имеет немецкие корни, еще одна большая группа — поляки. Так было сто лет назад и так есть сейчас. Есть среди российских католиков и представители других народов, которые исторически исповедовали католицизм. Это армяне, выходцы из Белоруссии, Украины. Есть среди нас и русские.

После отъезда огромного числа российских немцев в Германию картина изменилась сильно?

25 лет назад, когда была восстановлена структура Католической церкви России, то подавляющая часть ее прихожан была из российских немцев. Тогда и мессы мы служили на немецком. А сейчас это бывает крайне редко. Теперь основной язык наших проповедей, молитв и литургий — русский.

Говорят, что немало российских немцев, которые не уехали на историческую родину, переходят в православие…

Да, такое случается. Человек должен свободно выбирать веру. Это деликатная тема. Кстати, как раз католиков последние 25 лет очень часто обвиняли в прозелитизме, то есть в перетягивании верующих нечестным путем и обманом из одной конфессии в другую. Но это не совсем так. Всегда, когда к нам в католическую церковь приходил новый человек, он должен был ознакомиться с церковью, ее учением, попрактиковаться в вере как минимум год. За это время любой сознательный человек мог понять, подходит ли ему данная церковь и вера.

Были ли люди, которые ошибались в выборе?

Да. Те, кто приходили к вере неосознанно. В начале 90-х годов через католическую церковь в Россию поступало немало гуманитарной помощи. И некоторые думали, если они станут католиками, то получат еще больше помощи.

Как-то ко мне пришла многодетная русская женщина. Ее семье уже помогал один наш священник. Она пришла ко мне с вопросом: изменится ли ее жизнь, если она станет католичкой. Я ответил, что в первую очередь мы вычеркнем ее из списка получателей гуманитарной помощи, чтобы переход в католическую церковь был свободным и не связанным с приобретением материальных благ.

Она согласилась?

Женщина больше не пришла. Я думаю, что многие наши священники вели себя так же, как я, чтобы не привлекать русских в католическую церковь через гуманитарную помощь. Нужно чтобы человек был свободен в своем выборе. Но многие российские немцы перешли в православную церковь. Ведь у нас к таинству Крещения готовят целый год. Людей, не готовых ждать год, с удовольствием крестят православные братья. Хорошо, если немцы осознанно идут в православие, а если лишь для того, чтобы не ждать год? Тогда это не совсем правильно.

Правда, что и католики, и православные взаимно признают крещение, проведенное в своих церквях. При переходе из церкви в церковь перекрещиваться не надо?

Да, признают. Но люди по незнанию думают, что, начиная ходить в православный собор, они сразу становятся православными. Это не так. С этим я сталкивался в конце 80-х и в 90-х. Тогда на огромной территории от Урала до Дальнего Востока было всего три католических священника. Мы много ездили и часто в селах заставали такую картину: вся польская или немецкая деревня крещена в православие. За год до нас здесь был батюшка и всех покрестил. Это выглядело странно: родители были католиками, а дети вдруг православные. Во времена СССР наши бабушки и дедушки сами умели крестить. Там же, где не умели, люди шли креститься к православным, но это не значит, что они становились православными.

Почему?

У православных есть обряд принятия католика в православие. В ходе его надо отречься «от всех католических ересей», от Папы Римского и так далее. Но российские немцы этого не делали. Если бы батюшки этого от них потребовали, то они бы ушли.

То есть одних католиков нельзя упрекать в прозелитизме?

В принятой в Гаване декларации говорится об исключении любых форм прозелитизма и взаимном уважении. Именно так дальше и должны идти наши церкви.

Досье

Епископ Иосиф Верт. Ординарий Римско-католической Преображенской епархии в Новосибирске.

Родился в 1952 года в Караганде (Казахстан) в семье ссыльных немцев-католиков.

После службы в Советской армии, в 1975 г. поступил в подпольный новициат ордена иезуитов в Литве и через два года стал монахом этого ордена.

В 1979 году поступил в Каунасскую духовную семинарию. В 1984 году был рукоположен в священники. Служил викарием в Литве, затем настоятелем  прихода в Актюбинске (Казахстан), а в Марксе (Саратовская область).

В 1991 году был назначен апостольским администратором для католиков азиатской части России и рукоположен в епископы. В 1998 году стал администратором для католиков латинского обряда Урала и Западной Сибири. В 2002 году возглавил Римско-католическую Преображенскую епархию в Новосибирске.

С 2005  по 2011 год дважды избирался председателем Конференции католических епископов России.

Командор ордена «За заслуги перед Федеративной Республикой Германия» (2005 г.).

Беседовал Василий Яшкинас

Комментарии

Комментариев

Оставьте свой комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *