«Подождите, это же роль! Я совсем другая!»

Лауреатом конкурса «Лучшие имена немцев России - 2017» в номинации в области искусства им. Анны Герман стала блистательная актриса театра и кино Татьяна Пилецкая. Накануне церемонии вручения награды в Российско-немецком доме в Москве прошел ее творческий вечер. Зал, затаив дыхание, слушал Татьяну Людвиговну.

Номер газеты: 18
Дата выпуска газеты: 28.09.17

Автор фото Сергей Кузьмин

Людмила Колина

Татьяна Пилецкая (урожденная Урлауб) родилась в 1928 году в Ленинграде. Среди ее предков – и знаменитая женщина-офицер Луиза Графемус-Кессених, участница войны с Наполеоном, и художники, и специалисты по оптическому производству. Так, писатель Антон Чехов носил пенсне только фирмы «Ив. Як. Урлауб». О своих родных и о себе Татьяна Людвиговна рассказала на творческом вечере и в интервью «МНГ».

Об отце

У папы было несколько имен – Лев, Людвиг, Эрих-Мария. Но когда мне нужно было получать паспорт, мама сказала: «Возьми отчество Львовна». В милиции сидела девочка, которая кокетничала с молодыми человеком. Я отдала ей заявление. «Подождите», – сказала она, продолжая кокетничать. И через некоторое время выдала мне паспорт. Так я стала Львовной. Я написала папе. Он не обиделся. Все понял…

Папа был удивительным человеком. Он великолепно пел, превосходно рисовал, чудесно играл на сцене. Это была ходячая энциклопедия, к нему можно было обратиться по любому вопросу. В лагере папа организовал драмкружок. Он ставил спектакли и концерты. И это спасало людей в той непростой ситуации, в которой они находились.

О родственниках в Германии

Как-то я решила составить свою родословную и поинтересовалась, есть ли у меня родственники в Германии. Дочь много путешествует, и однажды в Гамбурге она наткнулась в справочнике на такое имя – Вильгельм Урлауб. Договорилась о нашей встрече. «Как я его узнаю?», – спросила у дочери. «Отправь ему свою книжку», – предложила она. Я так и сделала. Страшно волновалась перед встречей. Ведь языка не знаю. Правда, я посещала курсы немецкого языка, но меня оставили на второй год. Я пропускала занятия, так как у меня были спектакли. Выхожу из самолета и вижу мужчину с бородой, который держит мою книжку. Я ему «Вилли?», он мне: «Ja!» Они с женой живут под Гамбургом. Мы поехали в наш родной город Вюрцбург, где есть улица в честь семьи художников Урлауб, живших в XVIII веке, – Urlaubstraße. В их доме, который сохранился, был разрисован весь потолок. Я легла на пол и стала фотографировать. Вилли приезжал потом в Москву и Санкт-Петербург. Сейчас он болеет, но всегда поздравляет меня с днем рождения.

О хореографическом училище

Летом 1937 года мы снимали дачу вместе с семьей художника Кузьмы Петрова-Водкина. Отпуск заканчивался. И Кузьма Сергеевич предложил родителям организовать детский концерт. И мы с его дочкой и еще одной соседской девочкой устроили концерт. Кто-то пел, кто-то читал стихи, а я, конечно, танцевала. И Кузьма Сергеевич сказал моим родителям: «Надо девочку отдать в хореографическое училище. Смотрите, как она скачет!». И однажды мама взяла меня за ручку и отвела в хореографическое училище. Не знаю, как сейчас, но тогда принимали очень строго. В комиссии сидела сама Уланова. Мама потом узнала, что меня приняли. «Только сказали, что у тебя ручки короткие». Я тогда была к этому безразлична. Но я даже представить не могла, как это будет тяжело. Я приходила в восемь вечера. Папа делал за меня уроки. Поэтому, когда меня вызывали к доске, я давала правильный ответ, но не знала, как это получилось. Нагрузка была невероятная. Балериной я не стала, но балет дал мне закалку на всю жизнь.

О начале кинокарьеры

Меня пригласили на студию «Ленфильм» и сказали, что есть очень интересный эпизод в фильме Григория Михайловича Козинцева «Пирогов». «Надо хорошо уметь ездить на лошади. Вы ездили?» «Конечно», – отвечаю я, хотя в жизни никогда не сидела в седле. «Ты с ума сошла, – сказала мама. – Она же тебя сбросит». Нас отправили на конно-спортивный комплекс и немного научили. Мне попалась хорошая лошадка. И я ездила. Смотрю, режиссер на меня поглядывает. Ну, думаю, ему нравится, как я держусь в седле. Козинцев подозвал меня и говорит: «Таня, я знаю, что вы учитесь в балетном. А разговаривать умеете?». «Конечно, умею!» – отвечаю я. Козинцев вызвал костюмера: «А ну-ка, примерьте ей костюм Дарьи Севастопольской!». И всю мою красоту, и шлейф, и цилиндр убрали. Дали сапоги и повязали платочком. На худсовете меня утвердили на роль Дарьи Севастопольской. Это решило мою судьбу. Я оставила балет и ушла в Драматическую студию при Большом драматическом театре.

Источник: kinopoisk.ru

О знакомстве с Вертинским

Мамина приятельница хорошо знала Александра Вертинского. Он выступал с концертом у нас в Ленинграде. Она пригласила меня и сказала: «Такого артиста ты никогда больше не увидишь». В антракте она повела меня за кулисы. «Голубчик, чем вы занимаетесь?» – спросил Вертинский. Я сказала, что снимаюсь в кино. «Да, с такой внешностью надо сниматься в кино». Я была на каждом концерте Вертинского в его последующие приезды. И мне даже казалось, что он поет для меня. До сих пор помню его песни. Однажды Александр Николаевич сказал: «Голубчик, снимается «Княжна Мери», это ваша роль». Я отдала ему свои фотографии, и меня пригласили на пробы. Покрасили меня в ярко-белый цвет, и худсовет меня не утвердил. Я вернулась в Ленинград вся в слезах. И вдруг пришла вторая телеграмма. Мнения членов худсовета разделились. И второй худсовет утвердил меня на роль Веры.

О фильме «Разные судьбы»

Режиссер картины Леонид Луков не снимал пробы. Он утверждал сразу. Так была утверждена наша четверка: Юлиан Панич, Георгий Юматов, Татьяна Конюхова и я. Картина прожила долгую и прекрасную жизнь. Но сначала встречи со зрителями были для меня очень сложными. Первая такая встреча состоялась в Московском университете. Когда мы вышли, на сцену бросились студенты с криками: «Как ты могла обидеть такого парня? Как ты могла так себя вести!». Их сдержали. Я сказала: «Подождите, это же роль! Я совсем другая!» А какие письма были! Я храню их до сих пор. Люди писали сердцем. Объяснялись в любви, просили денег. Те, кто сидел в тюрьме, просили помочь им.

О театре

Со временем предложений в кино становилось меньше. Предлагали неинтересные эпизоды. И однажды в Доме кино мне предложили попробовать себя в театре. Этот переход был для меня решающим. Я прожила в Ленинградском государственном театр имени Ленинского комсомола (сейчас он называется «Балтийский дом») более 50 лет и играю до сих пор. Первая серьезная роль была роль Роксаны в постановке Павла Хомского «Сирано де Бержерак». Мы сыграли этот спектакль 604 раза!

Комментарии

Комментариев




Подписаться на Московскую немецкую газету




e-mail (обязательно)